— Я не хочу быть уязвимой, — решительно ответила подруга, остановив руку, пальцы которой застыли в невесомом движении над тростью. — Пока я не проявляю слабость в виде чувств и держу его на расстоянии, я сильна. Как только я поддамся этим чувствам, я стану слабой в глазах моих недругов, и они найдут способ этим воспользоваться. — Она на минуту замолчала, задумавшись. — Поверь, я прилагаю немало усилий, держа его на расстоянии, зная, что ему от этого больно. Но я не могу по-другому. Кому, как не тебе хорошо известно в каком мире мы живём.
— Любовь — это не слабость, Алиса, — нежно улыбнулась я подруге, подходя к ней и ласково беря за руку, ощущая тепло её ладони. — Это светлый дар, который придаёт тебе ещё больше сил.
— И вот, что она с тобой сделала, — печально, с сожалением в голосе произнесла Алиса, слегка сжимая мою ладонь.
Моё лицо озарила скорбная улыбка, когда я вспомнила всё произошедшее. Да, мне и сейчас больно осознавать, что я потеряла брата и ребёнка, но те моменты маленького счастья, которые я испытывала рядом с Михаилом, ощущения, которые я чувствовала, будучи беременной, окрыляли меня. Благодать, которая цвела глубоко внутри меня, давала мне силы жить дальше после гибели родителей и, как я думала, предательства любимого человека.
— Твоя история не будет похожа на мою, — с любовью в сердце и нежностью в голосе произнесла я, глядя на едва различимые очертания прекрасных глаз подруги, скрытых за завесой тёмных очков. — Не бойся любить.
— Дальше я пойду одна, — произнесла я, отпуская её руку и отступая назад. Мой взгляд был полон решимости.
— Что? С чего это вдруг? — возмутилась Алиса, нахмурив брови. — Ты ранена. Тебе нужна моя помощь.
— Тебе опасно идти дальше, — перебила я её. — Каримов явно ждёт нас. Он не посмеет тронуть тебя, но, если ты будешь рядом со мной… — я замолчала, не договорив.
— Чушь! — резко оборвала меня Алиса, быстро встав с места. — Я не позволю тебе идти одной. Мы всегда были вместе, и сейчас я не собираюсь тебя бросать.
— Ты должна вернуться домой, Алиса, — мягко, но настойчиво произнесла я. — К Мирону. Он волнуется за тебя. Ты нужна ему.
— А тебе, значит, я не нужна? — в её голосе прозвучала обида.
— Ты всегда будешь мне нужна, — заверила я её. – Именно поэтому, ты возвращаешься. И я не позволю тебе рисковать ради меня.
- Ты поступаешь, как и Мирон. Принимаешь решение за меня! – с обидой воскликнула Алиса, непроизвольно стукнув тростью.
- Я не принимаю решение за тебя, - возразила я, - я лишь прошу тебя об этом. Ради нашей дружбы. Ради меня. Ради… него. – тихо прошептала я, чувствуя, как сердце болезненно кольнуло.
Тишина повисла в комнате. Я видела, как Алиса борется с собой. Я знала, как тяжело ей согласиться. Но я также знала, что она меня поймёт.
Наконец она вздохнула и опустила голову.
— Хорошо, — прошептала она. — Но… будь осторожна, Мари. Пожалуйста.
Я подошла к ней и крепко-крепко обняла.
— Я буду осторожна, — с надеждой шептала я. — Обещаю. – понимая, что может быть иначе.
Алиса отстранилась и, достав из внутреннего кармана лист бумаги, протянула его мне.
— Каримов сейчас скрывается в своей новой штаб-квартире, — сообщила она. — Это современное двенадцатиэтажное здание из стекла и бетона, расположенное на окраине города. Там у него есть всё: личная охрана, передовые системы безопасности и даже небольшой арсенал. Но самое главное — там он чувствует себя в безопасности. На карте есть подробные планы здания и расположения охраны.
Я аккуратно взяла бумаги и спрятала в карман.
— Спасибо, — поблагодарила я Алису.
— Береги себя, Мари, — повторила она. — Он очень опасен.
— Я знаю, — кивнула я. — Но я не боюсь.
- В этом вся ты, - горько усмехнулась подруга, и недолго думая заключила меня в тёплые объятия.
Наше прощание было коротким, но полным любви, надежды и боли.
Превозмогая ноющую боль в плече, я вышла из лавки Зулейхи и направилась к окраине города. Каждый шаг отдавался острой судорогой во всём теле, но я упрямо двигалась вперёд, стиснув зубы и не позволяя слабости взять верх. В голове пульсировала одна мысль: я должна закончить это.