На его щеке мгновенно появилась алая полоса, из которой струйкой потекла кровь. Он отшатнулся, отпуская меня, и недоверчиво прикоснулся рукой к порезу. В его глазах мелькнуло недоумение, сменившееся яростью.
– Ты пожалеешь об этом, – прорычал Каримов, – Очень сильно пожалеешь.
Я стояла перед ним с презрительным взглядом, тяжело дыша, с сюррикеном в руке. Адреналин бурлил в моих венах, заглушая остальные чувства.
– Убирайся.
Он снова посмотрел на меня, его лицо исказилось от боли и злобы.
– Я ещё вернусь, Мари, – пообещал он, – и ты будешь моей. Ты сама приползешь ко мне.
Я не ответила, продолжая стоять неподвижно с оружием в руке. Я знала, что он не остановится. Но сейчас меня это не волновало. Сейчас чувствовала только облегчение от того, что смогла дать отпор. Он развернулся и, не сказав больше ни слова, покинул кабинет, оставив меня наедине с моими мыслями и окровавленным сюрикеном. Дверь за ним захлопнулась, и я услышала звенящую в ушах тишину.
Глава 33
– У нас больше нет времени, Михаил, – распахнув входную дверь дома, с порога твёрдо произношу, смотря на брата. – Нужно как можно скорее всё сделать.
– Но, Мари, – растерянно пробурчал брат, – ещё нет достаточно доказательств.
– Тогда сделай их! – требовательно и громко воскликнула я, заходя внутрь и захлопывая дверь. Я чувствовала, как с каждой минутой ситуация накаляется, и мы должны действовать быстро, пока Рамиль не предпринял что-то ещё.
– К чему такая спешка? – Михаил последовал за мной в гостиную, его голос звучал обеспокоенно. Он всегда был осторожным, предпочитая тщательно взвешивать все «за» и «против», прежде чем действовать. В этом мы с ним были совершенно разными.
– Я хочу быстрее закончить с этим делом, – ответила я, сбрасывая с плеч куртку и бросая её на диван. Но это была лишь часть правды. На самом деле, я просто хотела поскорее вырваться из этого кошмара, оставить всё позади и начать новую жизнь. Жизнь, в которой не будет места Рамилю Каримову и всё, что с ним связанно.
Я прошла к окну и посмотрела на залитый солнцем пейзаж за стеклом. Лето в этом году выдалось особенно жарким. Словно природа чувствовала моё внутреннее состояние и отражала его своей обжигающей и всепоглощающей энергией.
– Ты что-то скрываешь, Мари, – Михаил подошёл ближе, внимательно изучая моё лицо. – Я вижу это по твоим глазам.
Я вздохнула, понимая, что от него ничего не скроешь. Он знал меня, как никто другой. Мы выросли вместе, пережили много трудностей, и между нами образовалась невидимая связь, которая позволяла нам чувствовать друг друга даже на расстоянии.
– Рамиль приходил, – призналась я, не поворачиваясь к нему.
– Что? – в голосе Михаила прозвучала тревога. – Когда?
– Сегодня, в офис, – ответила я, – хотел помириться. – устала усмехнулась я, - но как всегда у него это плохо получилось.
Я чувствовала, как брат напрягся, его рука коснулась моего плеча.
– Что именно он сказал?
Я рассказала ему о нашем разговоре, о его ревности, о его угрозах в адрес Алекса. Не стала скрывать и о том, что он полез ко мне.
Михаил молчал, переваривая услышанное. Я чувствовала, как его рука сжимается на моём плече.
– Я же говорил, что он опасен, – наконец сказал он, – ты не должна была оставаться одна.
- Всё нормально. – тихо сказала, - Мы должны действовать по плану. Если не поторопимся, он может навредить не только мне, но и тебе, и всем, кто мне дорог.
- Понимаю, - кивнул Михаил, - что предлагаешь?
Я тяжело вздохнула, заранее чувствуя тяжесть будущих событий.
– Михаил, тебе нужно взломать почту Каримова, – сказала я, нарушая тишину. – Там может быть полезная для нас информация.
– Хорошо, я попробую, – сдался Михаил, – но это займёт время. Его защита очень сильна.
– Так же свяжись с человеком Дюбуа. Нужно, чтобы он взломал счета Каримова. В том числе и оффшорные.
– Я правильно понял, – медленно начал брат, глядя на меня, когда я повернулась к нему лицом, – что ты хочешь сделать? – удивлённо спросил он. – Ты же знаешь, к чему это приведёт?