Не успеваю я прийти в себя после оргазма, как он резко выходит из меня, разворачивает лицом к себе, хватает за бёдра и встаёт с кровати. Я обхватываю его ногами за пояс и чувствую холодное прикосновение стены к обнажённой спине. Он впечатывает меня в неё, властно и жадно впиваясь в губы.
Бывший напарник целует меня так, словно хочет выпить до дна, словно я — его кислород, без которого он не может жить. Его губы жёсткие, требовательные, они не оставляют мне ни единого шанса на сопротивление. И я не сопротивляюсь. Я хочу его, хочу прикосновений, хочу его страсти.
Он отрывается от моих губ, тяжело дыша. Его глаза горят желанием, а тело напряжено до предела.
– Ты моя, Мари, – рычит он, и в его голосе слышится собственнический тон. – … только моя.
Я смотрю на него, задыхаясь от услышанных слов, и чувствую, как его возбуждённый член упирается мне между ног.
– Ты помнишь, как мы познакомились? – спрашивает он, и его голос становится тихим, почти нежным. – Ты помнишь, как я впервые увидел тебя?
С этими словами он резко входит в меня одним глубоким толчком. Я шумно и жадно хватаю ртом воздух.
Я киваю, вспоминая тот день. Мы были юными подростками, полными надежд и амбиций. Мы оба только начинали свою карьеру в «Цербере».
– Ты стояла у окна и курила сигарету, – продолжает он, и в его глазах появляется лёгкая улыбка. – Ты выглядела такой одинокой, такой потерянной. Я сразу понял, что ты особенная.
Не останавливаясь, он продолжает дерзко и глубоко трахать меня, вспоминая прошлое.
– Я наблюдал за тобой, – говорит он, – каждый день, каждую минуту. Я хотел узнать тебя, понять тебя. Я хотел быть рядом с тобой.
Он замолкает, прерывисто дыша и глядя мне в глаза. Затем снова целует, на этот раз его поцелуй полон нежности и любви. Я всё так же молча стонала от удовольствия.
— Но я был идиотом, — шепчет он, отрываясь от моих губ. — Я ушёл и отдал тебя ему, — он крепко хватает меня за подбородок и смотрит с диким блеском в глазах. — Я совершил самую большую ошибку в своей жизни.
После этих слов он сильнее прижимает меня к стене, демонстрируя свои твёрдые намерения, увеличивая силу своих толчков. Я запрокидываю голову назад, прерывисто дыша, молча слушая его, цепляясь за сильные плечи мужчины.
– Но я больше не позволю ему прикасаться к тебе, – рычит он, его голос полон решимости. – Ты моя, и всегда будешь моей.
Он трахает меня так яростно, так отчаянно, что выбивает из меня все слова.
– Пожалуйста… замолчи, – задыхаюсь я, испытывая отвращения от воспоминаний, связанные с Рамилем.
Вдруг замечаю, как его глаза темнеют и в них появляется неутолимая злость.
– У вас что-то было? – вдруг рычит он, хватая меня за шею, а другой рукой, крепко впиваясь пальцами удерживает за бедро, что обвивает его талии.
Я теряюсь, смотрю в его холодно-голубые глаза, которые пристально смотрят на меня, продолжая активно трахать.
– Пожалуйста… прекрати, – умоляю я.
Но он и не думал прекращать и тем более меня отпускать.
– Ответь мне, – твёрдо произносит он, пристально глядя в глаза, затем на губы.
И всё это происходит, пока он жёстко и грубо трахает меня, от чего я испытываю и удовольствие, и лёгкую боль.
– Отпусти меня! – вдруг произношу я, упираясь руками в его грудь.
– Отвечай мне, – не успокаивался он.
Хватая ртом воздух, я пытаюсь собрать последние крупицы своего разума, теряясь в голубых глазах, полных страсти и ревности.
- Нет, - выдыхаю я, чувствуя, как его хватка на моей шее усиливается.
В глазах мужчины вспыхивает неконтролируемая ярость. Я чувствую, как у меня перехватывает дыхание.
- …ничего не было, - отчаянно шепчу я на выдохе.
Я вижу, как его брови сходятся на переносице. Он сверлит меня взглядом, словно пытается прожечь дыру.
– Не ври мне, Мари, – рычит он, сжимая мою шею ещё сильнее.
– Клянусь, – хриплю я, пытаясь освободиться из его хватки. – Ничего не было. Он пытался… Но я не позволила.
Я вижу, как в его глазах гаснет огонёк ярости, он смотрит на меня, а потом дико и жадно целует. Рикман впивается в мои губы, убирает руку с моей шеи, хватает за бёдра и продолжает грубо иметь меня.