- Извините, – обратился он к ней. – Не окажете мне небольшую услугу, а я подпишу вам книгу и даже могу прислать новую до ее выхода в свет.
Обе дамы, кажется, растерялись. Потом та, которую назвали мамой, перевернула книгу и поочередно посмотрела то на Романа, то на фотографию на глянце. Девушка только открывала и закрывала рот, прижав руки к груди.
- Вы, – наконец выдавила она. – Вы Роман Островский?
- Да, – он посмотрел на бейджик, – Алина.
Наверное, сегодня фортуна была его стороне, потому что через пять минут медсестра принесла ему халат, а церберша предложила оставить сумку у нее на посту. Подписав книгу едва ли не лучшими рожденными им строками, он поспешил за Алиной. Они зашли в отделение неврологии, и девушка спросила, включив компьютер:
- Кого вам надо найти?
Роман назвал все данные, а медсестра убрала руку с мышки и улыбнулась:
- Ну сегодня просто ваш день! Должна была дежурить на сутках Светка, но попросила меня заменить, а через нее вы бы не прорвались. В конец коридора, – показала Алина рукой направо. Двести четвертая палата.
Брови Романа просто поползли вверх. Это точно невероятное везение, такое только в художественных произведениях встречается. Желание мгновенно сорваться с места пришлось подавить. Роман со всей искренностью еще минут пять распинался в благодарностях, а смутившаяся медсестра даже покраснела.
- Алина, если я вам еще что-то должен… – сделал намек.
- Ну что вы, Роман Сергеевич. Знакомство с вами мне достаточно, только постарайтесь уйти в течение часа, чтобы у меня проблем потом не было. И про диагноз даже не спрашивайте, я уже и так перешла все границы.
- Все нормально, я спрошу у Ольги и постараюсь вас не подставить, удалившись из отделения вовремя.
Наконец-то… Наконец-то… Для Романа эти несколько метров показались километрами. Он нашел взглядом заветные цифры и, стараясь не издавать лишнего шума, нажал на ручку.
Это была одноместная палата, что его удивило, но тут же и разозлило.
«Наверное, режиссер постарался», – подумал он и в едва осветившейся весенним рассветом комнате сделал несколько шагов по направлению к кровати.
Ольга улыбалась во сне, хоть и стала бледнее с их последней встречи. Роман присел рядом на корточки и провел пальцем по ее лицу, надеясь, что снится ей именно он. Ольга смешно сморщила нос от прикосновения и попыталась выпутать руку из кокона одеяла, чтобы почесать щеку.
Как будто муха ползала по щеке. Но мухи надоедливее, а тут просто было немного щекотно, но тепло и приятно. Ольга сквозь сон потянулась к щеке, но наткнулась на чьи-то пальцы и от неожиданности открыла глаза.
Было еще темновато, поэтому понадобилось некоторое время, чтобы сфокусировать взгляд на знакомом лице. Но вот поверить своим глазам было сложно, поэтому просто вырвалось:
- Я еще сплю?
Легкая полуулыбка одним лишь уголком губ появилась на лице Романа, и он ответил:
- А я тебе снился?
До Ольги начало доходить, что она все-таки уже проснулась. А еще появилось желание расплакаться. Непонятно почему. Неизвестно отчего. Но что-то внутри, какое-то напряжение, просто разорвалось.
- Ты мне всегда снишься, – ответила, почувствовав, как голос слегка дрогнул.
- А ты мне, – снова улыбнулся он и потянулся к ней за поцелуем, но дотронулся губами лишь до щеки.
- Что ты здесь делаешь и как сюда попал?
- К тебе приехал, что непонятного. А попал почти законно – нашел рычаги воздействия на медперсонал. Потому что взбираться по стене не было желания, я же не знал, где ты, да и на Питера Паркера мало похож.
Наконец, он получил эту долгожданную улыбку. Вопросов у Романа было много, но он пока не задавал их, надеясь, что Ольга со временем все расскажет сама.
- Давай мы с тобой выпьем кофе, если ты уже меня разбудил, – спустила она ноги с кровати и подошла к чайнику, который, как казалось Роману, был запрещен в больничных палатах.
- Может, ты меня сначала поцелуешь? – спросил он.
- А с каких пор мы начали целоваться? – вроде как удивилась она, иронично подняв одну бровь. – Мы же вроде просто трахаемся. Да я еще и зубы не почистила.
Ольга набрала воду в чайник, а потом, подмигнув Роману, взяла щетку с пастой.