- Сам приехал? Или ты позвала?
- Прекрати, а?
- А чем вы занимаетесь, когда нет возможности трахаться? Неужели разговариваете? Посмотрим, надолго ли вас хватит?
Мордобой все-таки случился – Ольга со всего размаха съездила ему по лицу. И это была даже не пощечина, а удар кулаком. Пусть и не такой сильный, как ей бы хотелось, но в уголке треснувшей губы появилась кровь. Олег провел по ране языком, а потом приложил пальцы и посмотрел на них удивленно.
- Неплохой удар.
- Ты тоже хорошо бьешь, только больнее. Уходи.
- Ухожу, – поднял Олег руки. – Развлекайся со своим писакой.
Ольга, не попрощавшись, толкнула дверь палаты, и потерла костяшки на руке. Роман смотрел в окно, облокотившись локтями о подоконник.
- Что он хотел? – спросил, не оборачиваясь.
- Не важно, – ответила Ольга, подошла к нему, став рядом.
- А что важно?
- Мы.
Роман искоса посмотрел на нее, а потом взял за руку, подпирающую подбородок.
- Ты ему врезала, что ли? Как бы по законам жанра это должен был сделать я.
- Ты же у нас интеллигентный человек, – перевела все Ольга в шутку. – Так что не стоит уподобляться героям бульварных романов, которые, поигрывая кубиками пресса, устраивают бой за какую-нибудь недалекую блондинистую девку, томно вздыхающую и глупо хлопающую ресницами. Хотя, – продолжила, глядя, как у Романа иронично изгибается бровь, – ты бы мог вызвать его на дуэль. Это уже более интеллигентно.
- Ну уж извини, – подхватил он ее тон. – Шпагой или другим холодным оружием не владею, стрелять тоже не умею, могу только интеллигентно махать кулаками.
Ольга поняла, что он вроде оттаял, и сейчас не хотела высказывать ему, что она думает насчет его провокаций. А то знала, что это все может закончиться ссорой. Поэтому спросила:
- На чем мы там остановились?
Роман оторвался от подоконника и притянул Ольгу к себе.
- Если мы продолжим в таком же духе, то мне придется заглянуть в больничный холодный душ. Или придумать что-нибудь получше, – наклонился к ее уху.
В памяти помимо воли всплыли слова Олега. Ольга поцеловала Романа в щеку и мягко надавила на его руки, убирая со своей талии. Вопросительный взгляд, но ни одного слова.
- Тогда предлагаю кофе, чтобы не издеваться над твоим телом. И моим, конечно, тоже. А ты мне расскажешь что-нибудь.
Роман вроде как удивился, видимо, такого поворота не ожидал. Кивнул утвердительно и, наблюдая за Ольгой, спросил:
- И о чем поговорим?
Она пожала плечами. И вопросов было много, и историй было много. Да вот только вопросы об этих еще непрочных отношениях, наверное, она боялась задавать, что-то планировать, ведь пока все так эфемерно. А истории, по крайней мере, большинство из них были связаны с Олегом. Поэтому она вернулась туда, где они нашли впервые точку соприкосновения:
- Над чем сейчас работаешь? Новая книга?
- Какая-то светская беседа двух старых знакомых сейчас получится, – усмехнулся Роман, но, заметив, как напряглись у Ольги плечи, а рука с чайником застыла над кружкой, добавил: – Да, план набросал, несколько глав уже готовы, так что процесс идет полным ходом. Информации о кинематографе я собрал достаточно, – замолчал ненадолго, как будто вспоминая, как именно проходил этот процесс. – А ты над чем-нибудь работаешь или все это время была примерной мужней женой?
- Островский, вот прямо сейчас у меня родился сценарий об одном писателе, который льет язвительность направо и налево, да так, что хочется отрезать ему язык.
- А главная героиня твоя будет тоже язвой?
- Ну…- протянула Ольга, задумчиво сделав глоток кофе. – По законам жанра она должна быть доброй, молчаливой и наивной. Вроде как противоположности притягиваются.
- Как примитивно, – скривился Роман. – А как же борьба характеров, накал страстей, бешеный секс?
- И мы опять вернулись к сексу.
Роман посмотрел на Ольгу пристально, странно, как будто сканировал. Потом покачал головой, словно догадавшись о чем-то, и подозвал ее жестом руки. Она сделала шаг и тут же оказалась на коленях, пролив часть кофе на пол.
- Ну и что он тебе опять напел, что мы перестали говорить о сексе? Еще, не дай бог, и заняться и им, – сказал Роман, но отнюдь не раздраженно, даже с какой-то иронией.
Взял ее кружку, поставил рядом со стулом, на котором сидел и попросил: