- Спасибо, – поблагодарил его Островский. – С меня бутылка.
- Договорились, – усмехнулся Леша и повесил трубку.
- Что-то я совсем раскисла, – заметила Ольга, вытирая глаза рукавом халата и оставляя на белой ткани черные полоски от растекшейся туши.
- Гормоны или что там еще, – усмехнулся Олег и удивленно посмотрел в сторону коридора, откуда раздалась домофонная трель.
- Ты кого-то ждешь? – спросила Ольга, хотя догадывалась, кто именно сейчас возле подъезда ждет ответа.
- Я нет, а вот ты, кажется, да, – тоже быстро сообразил Олег. – Открывать?
- Глупо прятаться, решим все здесь и сейчас.
Он вышел в коридор и только коротко бросил в трубку:
- Третий этаж.
Роман поднимался по лестнице, но еще не знал, что скажет. Возможно, впервые в жизни словарный запас отказывал ему в помощи. Самойлов стоял, оперевшись о дверной косяк, и с неприязнью смотрел на Островского.
- Олег Викторович, – кивнул Роман. – Где она?
- А вы настойчивы. Оля! – крикнул, повернув голову.
Ольга не чувствовала ничего. Совсем. Может, у каждого человека есть эмоциональный предел, за которым наступает безразличие. А может, в ее сердце стало слишком много гвоздей, и оно потеряло способность чувствовать. Она шла к дверям без пресловутой дрожи в коленках и прочей романтической дури. Увы, хэппи-энда сейчас не получится, и надпись «долго и счастливо» не появится перед титрами.
- Мы поговорим в подъезде, – сказала она Олегу и вышла, прикрыв за собой дверь.
Роман видел припухшие веки и следы размазанной туши и не мог поверить, что заставил ее плакать. Раздражение от осознания того, что она пришла к Олегу, сменилось на чувство вины, и он только смог сказать:
- Извини.
- Извиняю, – пожала плечами Ольга, но так и не поняла, за что он извинился.
Опять повисло молчание. Два взрослых человека не могли подобрать слова, чтобы найти решение. Просто смотрели друг на друга, чувствуя, что их тела магнитом тянет друг к другу, но одним сексом сыт не будешь и даже одной любовью. Они действительно были чужими людьми, несмотря на то, как им хорошо в постели и в работе. А для того, чтобы построить что-то новое, надо говорить, объяснять, понимать.
- Я не знаю, что сказать... – выдохнул Роман.
- Тогда зачем ты пришел?
Ольга видела, что он немного растерян, и это было удивительно. Непробиваемому гению пера, вечно державшему себя в руках, тоже оказались не чужды человеческие слабости.
- Ты нужна мне.
Островский никогда и никому не говорил подобных слов. Он вообще никогда не был в подобных ситуациях, не знал, что сказать обиженной женщине, как ее успокоить.
- Трахать меня и писать сценарии к твоим книгам? – спросила Ольга без тени сарказма и иронии.
- Зачем ты так? – сквозь зубы процедил Роман. – Я пытаюсь извиниться, сказать, что люблю тебя...
- А хватит ли нам нашей любви?
Он не пропустил то, что она сказала «нашей», а не «твоей», и понял, что чувства его взаимны. Всего лишь надо сделать огранку и вставить их в оправу. Они оба не знали, как стоить отношения, что делать с незнакомыми чувствами. Люди, привыкшие быть одинокими и наслаждающие своим одиночеством.
Роман сделал шаг к Ольге, обхватил лицо ладонями и ответил:
- Мы справимся.
- Как? Мы живем в разных городах...
- Ты переедешь ко мне, – сказал Роман.
Ольга оттолкнула его и зло бросила:
- Значит, ты за меня уже все решил? А если я не хочу никуда уезжать?
- Не кипятись. Давай мы сейчас поедем в гостиницу и все решим.
- Я даже знаю, каким образом ты станешь меня уговаривать. Нет, не получится. Уехал в первый раз, ничего не сказав, уедешь и сейчас.
- Ребенок... – Роман запнулся.
- Опять хочешь спросить, чей он? – Ольга уже перешла на крик.
Островский молчал. Это было недоверием? Между ними вновь возводилась невидимая стена, и маленькое подобие отношений, которые сейчас пытался выстроить Роман, могло быть разрушено неправильным словом...
Глава 17
- Давай мы не будем выяснять отношения в подъезде твоего бывшего, – наконец сказал Роман. – И почему ты в халате?