Первая мысль, посетившая раскалывающуюся голову, – напиться. Не поможет. Вторая – поговорить с кем-нибудь. А с кем? С Романом говорить не получается, у Наташи своих дел хватает, зачем еще перекладывать на плечи беременной подруги свои проблемы. Олег… Нет, у него уже, кажется, началась аллергия на имя писателя, да и после всего плакаться снова ему в жилетку было бы неуместно.
Ольга наконец дала волю слезам. Они просто катились по щекам, не сопровождаемые ни всхлипами, ни громкими рыданиями. Драма человеческих отношений, для которых Ольга чувствовала себя непригодной, во всем ее проявлении. Можно ли что-то построить на болоте, где каждый вложенный в фундамент кирпич тонет в вязкой жиже.
Может, не стоило уходить?
Этот вопрос все крутился и крутился у Романа в голове. Он даже поднялся на одну ступеньку назад, но застыл на месте на несколько секунд, а потом продолжил свой путь вниз.
Что он делал неправильно?
Все.
Не умел он строить отношения. У всех как-то легко получается, не без заморочек, конечно, но и не так. Как там говорила Анна: умный, но дурак. Или что-то в этом роде.
Не стоило сегодня так поступать с ней, но от ревности снесло крышу. И ревность вперемешку со страстью дали совершенно идиотский результат, не тот, на который Роман рассчитывал.
И сейчас надо подумать, как бы не набить завтра режиссеру рожу. Этого Ольга ему точно не простит…
«Красотка!» – иронично подумала Ольга, посмотрев в зеркало утром.
Веки опухли от слез, руки и шею покрывали синяки, оставленные то ли страстью, то ли обидой Островского. А ведь градусник уже с утра показывал больше двадцати градусов!
Она сполоснула лицо холодной водой, заварила чай, чтобы сделать примочки на глаза, и начала критически осматривать свой гардероб в поисках одежды, которая смогла бы скрыть темные пятна. Скрыть шею сможет только платок, потому что ничего под горло в ее арсенале не было, не любила Ольга подобные фасоны. Тонкая светлая кофточка с длинным рукавом полетела на диван, следом за ней – тонкий шарф-косынка и джинсовые шорты. На ногах тоже были синяки, но не такие заметные и на внутренней стороне бедра, так что, может, никто и не обратит внимания.
Телефонный звонок раздался, когда Ольга лежала с ватными дисками, пропитанными крепким чаем, на глазах. Нащупав мобильник, она ответила, не посмотрев на экран:
- Да!
- Я внизу, – сказал Олег.
- Так сейчас же девять, а не десять, – удивилась Ольга.
- Кофе угостишь? Разговор есть.
- Заходи, – вздохнула она в ответ.
Один вчера уже зашел на разговор – ничего хорошего не вышло. Но с Олегом рядом она хоть может думать о чем-то, кроме секса. Пока он поднимался, Ольга успела поставить чайник и быстро натянуть подготовленную одежду.
- Замерзнуть боишься? – спросил он, устроившись на той же табуретке, где вчера сидел Островский.
Ольга проигнорировала вопрос, а Олег тем временем продолжил:
- Что-то писака молчит, точно передумал приезжать. Хотя это и к лучшему…
- Он приехал, – сказала Ольга и, не желая продолжать тему, спросила: – О чем поговорить-то хотел?
Олег пару минут с интересом ее рассматривал, а потом ловким движением потянул вниз платок, обнажая следы на шее. Ольга схватила его за руку и почти прошипела:
- Убери…
- Это он тебя так разукрасил? – спросил Олег, вернув руку на стол, и саркастично добавил: – А где цветы, кольцо и выражение лица счастливой женщины? Что? – вроде бы удивился, увидев, что Ольга уже готова выплеснуть кофе прямо ему на голову.
- Ты пришел поерничать? – повысила она голос.
- Ой, только не кричи, – поморщился Олег, но опять не удержался от язвительности: – Он увлекается садомазо?
- Пошел вон!
Ольга сама поморщилась от ощущения дежавю. Кажется, эта фраза становится ее фишкой. Наташа бы сказала, удрученно покачав головой: «Вот дура! Кто ж мужиками в наше время разбрасывается…»
- Да расслабься ты, – спокойно отреагировал Олег и, сделав из чашки глоток, добавил: – Я уезжаю. Сразу после того, как закончим с этим фильмом.
- Окей, – пожала Ольга плечами, не понимая, почему он это ей говорит. – Очередные съемки?
- Нет, – покачал он головой и улыбнулся. – Пора расширяться. Здесь останется Толик за главного, ему уже давно пора из помощников в кого-то более высокого чина переквалифицироваться, а я поеду покорять Москву своим талантом. Так что через пару месяцев будем прощаться, если только…