– Можно с тобой поговорить Вер? – Внезапно предложила я.
– Э…о чём? – Удивлённо спросила Вера.
– Давай не здесь, – сказала я и взяв её ладонь в свою, повела в сад. Который находился снаружи и так мне нравился. Боковым зрением заметив встревоженную Элю. Она провожала нас взглядом…
Мы прошли в сад и сели на бортик фонтана.
– Эти синяки…это Антон да? – Спросила я прямо. У меня внутри всё дрожало от увиденного.
– Ну ты даешь! Я тебя даже не знаю. Ты лезешь в душу! – возмущённо прошипела Вера.
– Скажи пожалуйста, ты… мне нужно знать…– я готова была умолять её…
– Ты странная. Ну допустим и что? – Она говорила так спокойно, словно это были не следы насилия…
– Он делает тебе больно? – Задала я следующий вопрос, хватая ее за руку…
– Знаешь, что, пошла ты! Я не обязана делиться с тобой. Мы девочки взрослые, нам платят! И за молчание в том числе…– она говорила ужасные вещи! Но это было правдой. Её реальность, была гораздо страшнее моей.
Как я могла настолько раствориться в своём мимолетном счастье и забыть об этом. Мне заплатили. И цена этих денег, сейчас выглядывала из-под рукавов платья Веры. И хоть она вела себя агрессивно, я всё видела! Прочла страшное чувство безысходности на глубине её глаз. Как у загнанного зверя…
– Ты не должна это терпеть! Я поговорю с Вовой! – Сказала я и сделала попытку подняться. Но теперь уже Вера схватила меня за руку…
–Ты что дура! Не смей, мне нужны эти деньги! Думаешь я по доброй воле здесь? Я должна здесь быть! А если не соглашусь, они больше не позовут! Мне правда нужны эти деньги! – Как заведённая повторяла она в отчаянии. Я смотрела на неё и сердце кровью обливалось. А ведь это могла быть я. Он мне не понравился, я чувствовала, что–то плохое. Даже представить страшно…
– Но ты не должна терпеть насилие! Он же издевается над тобой…
– Пожалуйста не кричи! – вновь взмолилась Вера. Молчи! Ненормальная! Я сама согласилась слышишь?! А по–другому он не хочет. Но я согласна! – Вновь настаивала Вера.
Она говорила страшные вещи. Меня начало отрезвлять.
– Ты что не понимаешь, так нельзя! – взмолилась уже я.
– Да какая разница, правильно ли это! Я сама на это пошла! Как и мы все. Никто никого насильно не заставляет! – Она встала и посмотрела на меня осуждающим полным обиды взглядом. – Все они такие! Издеваются каждый по–своему! Ты ещё увидишь! – Сказала и ушла прочь.
А у меня слёзы из глаз бурным потоком хлынули. Я зажала ладонью рот, проглатывая рыдания. На её месте должна быть я! Он же хотел, чтобы я была с ним. А если он из–за меня, мстит ей, причиняя боль…
Она говорила так безжизненно, как сломанная кукла. Единственной эмоцией, был страх.
– Оксан, ты чего здесь? – спросила, подошедшая Эля. – Ты что плачешь? – Эля порывисто обняла меня. И я хотела было рассказать ей всё, но не успела…
– Вот вы где! – услышала я голоса. Вова и Арис.
– Может съездим на лодках покатаемся? Пока не стемнело, – спросил Элю, Арис. А я не могла повернуться, мне был страшно и не хотелось говорить с ними.
– Да, можно. Мы только переоденемся, встретимся на берегу хорошо? – сказала Эля весьма кстати.
– Сначала я хочу услышать согласие Оксаны. – Шутливо сказал Вова и развернул меня к себе. А потом он замолк, ошарашенно уставившись на меня. Я тоже замерла, не зная, что делать дальше…
Глава 8. Отсутствие доверия.
– Оксана, поговори со мной, я очень прошу тебя. – В который раз просил Вова. Мы сидели в нашей комнате, на постели. Он всматривался, пытался разговорить меня. Но я словно онемела. В горле стоял комок. Слёзы высохли, но чувствовала я себя ужасно…
– Что стряслось за эти несколько минут, что мы не виделись?
Образовавшийся комок в горле мне мешал. Я хотела бы, рассказать ему всё. Но слова Веры, звучали в голове. Её взгляд, её состояние, синяки. Да и потом, кому я расскажу? Другу Антона. Человеку, который мне платит. Внезапно я почувствовала тошноту. От своего положения. «Он купец, я товар».
Эта немыслимая картина стояла перед глазами. Неимоверное чувство вины накрыло и затопило. Страх за Веру, страх за себя…
Неужели такое в порядке вещей? Мы ведь не вещи!
– Оксана, тебя кто–то огорчил? – погладив меня по щеке, снова спросил Вова. – Он искренне переживал за меня. Но я переживала, за Веру.
Я хочу домой! Хотелось заорать мне! Хочу уехать! Хочу забыть всё, это…
– Тук–тук, можно войти? – раздалось из–за двери. Эля вошла. Её улыбка была фальшивой, она переживала.
Вова вопросительно посмотрел на меня, а я смогла лишь кивнуть.
– Проходи, – привстал ей на встречу Вова, я пойду пройдусь.
– Вов, можно я с Оксаной наедине поговорю? – Мило улыбаясь, как ни в чём не бывало говорила Эля.