– Да. Может она хоть тебе, что–то скажет, – без надежды, спокойно, устало произнёс Вова. И вышел прочь, из комнаты…
Эля присела на край кровати. Недовольно пожала плечами.
– Подруга ты чего творишь? Я же сказала тебе, не провоцировать! – Это дикий мир. Все следуют правилам выживания. А я так не умею. Хотелось бы сказать это Эле. Но я промолчала.
– Я видела синяки. Я говорила с Верой…– я посмотрела Эле в глаза. Мне было так страшно…
– Ох милая. Ситуация не простая… – как–то неуверенно прошептала Эля.
– Так ты знаешь?! – в ужасе спросила я.
– Я знаю, что такая вероятность существует! И тоже этого не одобряю…
– Так ты поэтому тогда говорила с Арисом, ты знала, что Антон…
– Да. Я в любом случае не собиралась их сталкивать лбами, – нервно сказала Эля.
– Но ты же помнишь, я летала первый раз с Владом. Они с Антоном друзья. Тогда ещё была Альбина. Она часто летала с Антоном. Так вот, мы летели тогда в Турцию. И как-то вместе с ней ходили в хамам. Там я и увидела, на её теле синяки. Тоже ужас испытала неимоверный. А когда сказала Владу. Он отреагировал ужасно. Начал грубить, вспоминать моё место. Предупредил, чтобы не лезла не в свое дело. Я тогда очень испугалась. И больше не заговаривала об этом.
С Арисом проще. Он тоже не одобряет подобное. Но говорит, что вмешиваться нет смысла, так как девушки сами соглашаются. Мол Антон их сразу предупреждает.
– Ага, соглашаются! А если выбора нет…
– Я тоже тогда так Арису и сказала. Но он ответил, что Антон за это доплачивает, и выбор у девушек есть…
– Но надо же что–то делать! – размазывая остатки слёз по щекам, всплеснула руками я.
– Я не знаю, что. – Пожав плечами, грустно сказала Эля. – Единственное, я сказала Арису, что больше не хочу, чтобы с нами Антон летал. Он сказал мне, что в следующий раз мы одни полетим.
– На её месте могла быть я! Ты это понимаешь? И сидеть тут, ничего не делать, зная. Возможно, в этот момент, он там…
– Ну а что ты сделаешь? Девушке очевидно нужны деньги. Как и нам всем! Ещё не факт, что Антон не разозлится больше!
Мы все на одном корабле. Просто нам с тобой повезло, а ей нет!
– Тебе что не жаль её? – вылетело зло.
– Конечно да! Я сожалею! Но что тут сделать?
– Я хотела с Вовой поговорить! Но она не хочет!
– Я тоже тебе не советую! Ситуацию можно усугубить. Оксан послушай, ты здесь с Вовой. Остальное тебя не касается, хватит себя терзать, – Эля вышла. А я так и продолжала сидеть.
Меня накрыло ощущение опустошённости и горя.
Я чувствовала себя как на пороховой бочке. Середины не было. Последние несколько дней, сумасшедшие эмоциональные горки.
На меня навались какая–то безысходность и апатия. Я сама не понимала, что правильно, что по совести…
Но сидеть и ничего не делать, было хуже смерти. Ведь жизнь длинная, а если я окажусь в беде и мне никто не поможет. Что тогда?
Это было дико! Все знают, что происходит, но ничего не делают.
Мне нужно было поговорить, если не с Вовой, то с Антоном.
Он творит ужасные дикие вещи, так не может продолжаться вечно.
– Ну что, как ты? – спросил Вова, он вернулся с подносом в руках.
– Я, лучше. Извини за это…эм давай поужинаем внизу, вместе со всеми – я даже смогла выдавить из себя улыбку, естественно фальшивую. Я не могу ему доверять. Увы, нужно смотреть правде в глаза.
– Хорошо, давай! Не люблю, когда ты грустишь, вставай и пошли… – бодро сказал Вова. Я выдохнула, прокатило.
Когда мы спустились вниз, все ужинали за большим столом в гостиной. Если присмотреться, то вся компания напоминала добрых друзей. Эля смеялась, рассказывала, что–то Арису. Вера тоже улыбалась. Меня чуть не стошнило, когда я заметила, как Антон сжал её ногу под столом. Она лукаво ему улыбнулась и послала воздушный поцелуй.
«Цирк уродцев». Иначе никак нельзя было их назвать.
Вова отодвинул для меня массивный стул, и я оказалась по правую руку от Антона. Желудок мгновенно начал протестовать. Но я начала дышать ровно и размеренно. Мне нужно потерпеть немного, я смогу.
– О ребята! Нечастые вы гости за общим столом. Как замечательно, что сегодня спустились… – сказал радостно Антон. Он улыбался, искренне. Хотелось взять лопатку для пирога и со всей дури садануть ему по наглой роже…
– Да, Оксана предложила разделить трапезу с вами сегодня, – вторил ему Вова.
Ужин проходил словно мимо меня. Хотя я пару раз попыталась вникнуть в общую болтовню и даже улыбнулась. Но на Веру физически было больно смотреть. Она словно выбивалась из всей картины. Мне хотелось подскочить, схватить ее за руку и увезти из гостиной. И от этого мудака подальше.