Мы пошли куда-то вглубь, я терялась от какофонии чувств и ощущений. Полная дезориентация вкупе со страхом и чем-то ещё. Он так крепко держал меня за запястье, что руку жгло. Лёгкое покалывание и что-то ещё необъяснимое делало со мной странные вещи. Но перед ним страха не было. Противно не было тоже. Это радовало.
Мы оказались в комнате, где имелась кровать. Реально, в самолёте! Также здесь стояли кресла и небольшой стол.
Он выпустил мою руку и прошёл вглубь комнаты. А я застыла, реально не зная, что делать дальше. По сути, я вообще не знала, что делать. Эля советовала действовать по ситуации и, главное, не отказывать ни в чём. И это «ни в чём» пугало.
– Проходи, присаживайся… – сказал Владимир, разливая шампанское. Я сегодня заключил важную сделку, теперь можно и отдохнуть в приятной компании.
– Давай за это и выпьем, Оксана.
Когда я села в кресло, Вова протянул мне бокал, и, сделав первый глоток, я слегка закашлялась. Шампанское было ледяным. Но вкус нежный, приятный…
– Чокнемся? Смотри мне глаза, – услышала я, оторвавшись от разглядывания пузырьков в бокале.
Сделав ещё один глоток, я облизнула губы: сладкое послевкусие…
– Иди ко мне! – не отрывая глаз, не прерывая контакт, твёрдо произнёс мужчина.
Я смотрела на протянутую ладонь и, поднявшись, сделала два шага. А дальше его огромные руки оказались на моей талии, и он властно потянул меня на себя.
– Ты прелесть! Такая красивая… – его руки начали обхватывать меня: сначала спину, а следом под грудью, и меня начало трясти. Ощущения сменялись друг за другом, но все были приятными. Они обещали что-то…
Того, чего ещё не было в моей жизни. Не было за деньги.
Когда Владимир начал приближаться, слегка сдавливая мою шею, я совсем потерялась. Год или больше я не целовалась. Вдруг я забыла, как это делается? Но мои страхи оказались напрасными. Как только его сухие, тёплые губы коснулись моих, я начала падать куда-то в пропасть. Он смял мои губы, и я, выдохнув, приоткрыла их, а потом мужчина заполнил меня своим языком.
Влажно, горячо, приятно. Я ощущала себя в невесомости от нахлынувшего чувства возбуждения и желания. Соски напряглись, а между ног начало гореть. Низ живота начал пылать. А его руки, которые между тем забрались под кофту костюма, разжигали это пламя всё больше.
Следом, не успев прийти в себя, я почувствовала, как Владимир слегка сместился и, раздвинув рукой мои ноги, заставил обхватить себя ногами. От этого влага, которой сочилась моя плоть, начала обильно прибывать. Никогда в жизни я не возбуждалась настолько сильно.
Его губы ни на секунду не отпускали мои. Руки расстёгивали лифчик. Я услышала, как щёлкнула застёжка, а следом мне захотелось кричать. Как только его пальцы сжали соски, я себя потеряла. Ощущения были такими острыми. Вова начал перекатывать их, слегка оттягивая пальцами…
Я себя не узнавала, моё тело предало меня. И я словно превратилась в незнакомку, которая была поглощена мужчиной, удивительно.
Но за считанные секунды он так завёл меня, что я уже не помнила ни себя, ни своего страха…
– Охренеть… сладкая… – прошептал Вова, мне прямо в губы. – Нереально хочу тебя немедленно! – меня, как пушинку, подняли в воздух. Кофта исчезла в неизвестном направлении. Когда и как? Лифчик был отброшен в сторону. Я ничего не соображала, находясь целиком и полностью во власти этого мужчины. Хваталась крепче и ёрзала по нему, чувствуя его увеличившуюся эрекцию.
Вова поставил меня у кровати и начал раздеваться сам. Но при этом смотрел тал пристально, дышал так громко. А у меня от его взгляда всё тело требовательно ныло. Просило об избавлении…
– Иди сюда, сладкая…
Оставшись в чёрных боксерах, снова принялся раздевать меня. От новых прикосновений к голому телу выть хотелось. Его руки обжигали и гладили, дарили настолько сильные ощущения, что я не могла сдерживаться. Закрыла глаза, сдаваясь своим ощущениям целиком и полностью, сходя с ума всё больше, начиная постанывать…
Как только мужчина избавил меня от одежды, я почувствовала спиной прохладную поверхность. Он лёг рядом, и его руки начали требовательно раздвигать мои ноги, двинулись к лобку…