Моя подруга бесследно исчезла, она пропала. Оставила Ариса и скрылась в неизвестном направлении. Стараясь не показывать паники, я присела на колени к любимому и задохнувшись от потрясения. Я не знаю даже как, выслушала этого, могучего, и такого ранимого в моменте мужчину…
Обычно такой скрытый и отстраненный, сейчас он казался загнанным зверем. Метался в поисках смысла своей жизни и отчаянно его не находил. Когда он уехал, мы с Вовой обеспокоенно прижались друг к другу, вспоминая каждый по-своему, момент нашей разлуки. Я вознесла молитвы Богу, за то, что он воссоединил нас, сберёг для друг друга…
- Как думаешь, куда она могла уехать? – Спросил любимый, он озвучил вопрос который и я сама задавала себе, уже некоторое время…
- Я не знаю…это странно. Мама её, наверное, знает, может быть нам...- Я только начала говорить, но Вова, забеспокоился…
- Нет, Оксан смысл ехать? Думаешь Арис ещё не проверил? Ты его видела таким? Лично я, нет. Он слишком любит твою подругу, не отступится, поверь мне…
Разговор свернулся, мы начали заниматься бытовыми делами. Но мысли об Эле крутились в голове. С одной стороны я понимала, почему она не сообщила мне ничего. Но обида начала зарождаться, как же так? Мы ведь подруги. Чувство вины следом захватило, ведь я чуяла неладное, нужно было пристать к ней и расспросить обо всем…
Но сейчас в этом не было смысла. Я понимала, что у неё возможно была веская причина, для такого импульсивного поступка, как раз в её духе. Оставалось лишь ждать весточки о ней. И стараться держать себя в руках…
На самом деле, мне достаточно было пары строк, о том, что с ней всё в порядке. Но телефон упрямо молчал. В сети она не была уже месяц, а других способов связаться с ней не было.
Я понимала, что Арис кинет все силы на поиск любимой и скорее всего найдет, возможно в скором времени. Но от этого легче не было.
Мне хотелось, чтобы она была крёстной нашего малыша, хотелось делится с ней всеми радостями, ведь она была единственная моя подруга. Но Эли не было. Шли дни, беременность подходила к логическому финалу. Последние дни беременности, затем роды, новая жизнь. Мы с Вовой подолгу гуляли, выезжали в лес, устраивали пикники…
И всё у нас было чудесно, кроме того, что моя подруга никак не находилась. Что с Арисом творилось, страшно сказать…
За этот месяц он осунулся, побледнел и словно утратил всякий интерес к жизни. Он стал чаще приезжать к нам и чаще расспрашивать о ней. Арис подмечал любые детали, в разговоре останавливал меня и переспрашивал, а порой и удивленно смотрел. Он словно узнавал о любимом человеке из моих уст, под другим углом и складывал эту информацию в свою копилку, под названием «сердце». А если точнее, «разбитое сердце».
- Она мне часто дарила именно эту карамель, вот не с того не с сего, а я…- смеясь я рассказывала ему очередную смешную историю, связанную с Элей. Он отвлекался и веселел, он словно вдыхал саму жизнь в эти минуты…
- Так почему ты ей не сказала, что не любишь эти карамельки и дело с концом? – Смеясь спросил Вова…
- Ну мне неловко было. – сконфуженно выдала я. - Я просто в тот день была голодная, все их слопала, с чаем. Больше у Эли на кухне не было ничего, а она и подумала, что я от них в восторге! А потом стыдно было ей говорить…- пожав плечами и смеясь заверила я. Я много таких историй могла им рассказать. О нашей жизни до них. О том, как учились, о чём мечтали…
- Я понял Оксан, это твое коронное, лишь бы не обидеть, – громко сквозь смех, сказал Арис. Поступила учиться с ней ты тоже за компанию, карамель нелюбимую ела! Дружба- это великая сила!
- Да Бро! –Не с того не с сего ответила я. И мы с Вовой засмеялись, а вот Арис замер…
- Я готов быть твоим братом, если ты позволишь! Можешь полагаться на меня! Отвечаю, сделаю для тебя всё. - Сказал и резко с места сорвался. А я аж опешила, не ожидала. Да столько чувств, эмоций и ещё чего-то сильного, глобального, большого, было в его словах. Что аж сердце сжалось, а в следующую секунду оно загромыхало, застучало. Я понимала, что обрела свою сокровенную семью. Это я, Вова и наш малыш. Но также, обрела своих близких друзей, таких друзей, которые словно родные всегда смогут помочь. И хоть Эля была сейчас не рядом, я мысленно транслировала ей свою любовь. Ведь единственная нерушимая всеми сила, это любовь и передаётся она не по крови. А через сердце. И единственные самые сильные, родные узы. Это узы нашего сердца. Одинокая слеза скатилась, в этот момент осознания по моей щеке. Вова обнял меня и поцеловал, мы были вместе. Я больше никогда не почувствую это раздирающее душу одиночество. Я ему за это, была благодарна и всей душой желала такого же счастья для близких, мною любимых друзей.