Поэтому данная работа неизбежно должна страдать некоторой неполнотой и носить, во–первых, пилотный, а во–вторых, несколько схематичный характер.
Набережные Челны следует признать городом, неблагоприятным для развития субкультуры скинхедов, во всяком случае в ее ультраправом изводе. Трудно предположить, что руководство Татарстана может испытывать какие–либо симпатии и оказывать если не открытое, то скрытое покровительство сторонникам «арийской нации» и ненавистникам тюркских и мусульманских народов. Непосредственно в Набережных Челнах традиционно главой администрации города избирается татарин, а председателем горсовета — русский (или наоборот; в советский период такой парой были первый секретарь горкома и председатель горисполкома). Русские и татары являются двумя преобладающими национальными группами в городе, по численности почти равными друг другу (русских чуть больше) и дающими в сумме свыше 90% населения. Крупнейшие национальные группы за пределами этих двух — башкиры и украинцы. Достаточно высок (по сравнению с другими городами Татарстана) процент смешанных браков.
Поскольку Набережные Челны в современном их виде формировались вокруг Камского автозавода и в основном по оргнабору и по «комсомольским путевкам», традиционные родственно–соседские отношения выстраивались заново в кварталах массовой застройки и с очень небольшим учетом национального признака. Подавляющее большинство челнинцев связано с КамАЗом, объединено общей судьбой, производственными связями (поколение сегодняшних «отцов»), идеологией «ударной комсомольской стройки» и т. п. К моменту приезда в город это были и основном молодые люди, получившие советское воспитание, зачастую отобранные комитетами комсомолов и заведомо мало озабоченные национальными проблемами. Как правило, в течение первых 10–12 лет они обеспечивались достаточно комфортабельным (по советским меркам) жильем, что в сочетании со стабильными высокими заработками гарантировало высокую рождаемость (средний возраст населения в Набережных Челнах и сегодня — 33 года).
Говоря иначе, лишь незначительный процент челнинской молодежи мог получить в семье воспитание националистического толка и то почти сплошь это могла быть не русская, а татарская молодежь в «старом городе». Впрочем, численность даже такой молодежи невелика, судя по тому, что Татарский общественный центр (ТОЦ) в Набережных Челнах способен мобилизовать лишь около 800 человек, значительная часть которых — женщины старшего возраста. Набережные Челны — русскоязычный город; попытки ТОЦ в 90–е годы добиться изменения ситуации на волне «борьбы за язык» и навербовать себе больше членов и сочувствующих в Набережных Челнах не нашли понимания у местного татарского населения.
Подобная ненапряженность межнациональных отношений также не способствовала зарождению и развитию наци–скин–движения в городе.
Еще одним неблагоприятным для наци–скинов фактором является то, что с начала 90–х годов Набережные Челны стали одним из центров российского хип–хопа. Число приверженцев хип–хоп–культуры в Челнах к настоящему моменту оценивается в несколько тысяч человек. В Набережных Челнах проводятся региональные хип–хоп–фестивали «ТюБиТей–ка». Расцвет такой молодежной субкультуры, как хип–хоп — «сниженной», «дворовой», происходящей из гетто — представляется вполне органичным для города рабочей молодежи с незначительным процентом студенчества, узкой культурной базой и т. п. В 80–е годы не менее популярны в Челнах были «моталки» — местный аналог «казанских команд» и «люберов». В этом смысле увлечение молодежи хип–хоп–субкультурой в Набережных Челнах можно считать явным прогрессом.
В рамках хип–хопа в городе расцвели рэперские группы, которых насчитывается три десятка и которые пользуются большой популярностью (некоторые и за пределами Набережных Челнов, и даже за пределами Татарстана вообще). Наиболее известными рэп–группами города являются: «Big Race», «Блок», «Б.M.В.», «Spiders», «P. S.», «Пиратские копии», «В. Trad.», «Сила слов», «Карьера», «Белая нация», «Каратели P. C.». При этом «Spiders» являются девичьей рэп–группой, что для российской рэп–сцены нехарактерно.
Челнинские рэперы чувствуют себя уверено и отличаются достаточной терпимостью по отношению к большинству других музыкальных стилей и молодежных субкультур. В частности, «Big Race» сотрудничает с рэггей–группами и в последнее время играет в редкой для России манере рагамафин (сплав рэпа с рэггей). Считаются нормальным явлением совместные выступления челнинских рэп–групп с панк–рок–группами «ЦеЦе», «Беспорядок», «Куски» и «Гербарий». По сравнению с хип–хопом панк–среда не слишком развита в городе, но достаточно укоренена (сформировалась в 80–е) и имеет отчетливо выраженные политические симпатии (левые, антифашистские, анархистские).