Я была искренне довольна тем, что смогла создать подобное собственными руками без помощи салона красоты, который мне советовала вчера кузина.
Духи использовать не любила, но уж лучше вонять ими, чем какие-то волки будут чувствовать мой настоящий запах. Я не вытерплю их голодных глаз на своем теле и сбегу со свадьбы раньше, чем начнется ритуал.
— Ну что, вы готовы? — Спросила я, заглянув в комнату родителей, где суетилась мама.
— Почти, — отозвалась она, поправляя воротник папиной рубашки.
Скользнув по родителям взглядом, я довольно улыбнулась - красавцы.
— Да отпусти ты уже папу, задушишь скоро его!
— Не говори, дочь, замучила она меня уже!
Что бы отец не говорил, но мучеником он себя явно не ощущал. Ласково смотрел на свою жену и наслаждался ее заботой. А как сияли его глаза? Боже, это настоящее волшебство. Как бы я хотела, чтобы на меня смотрели так же - с неподдельной любовью и щемящей нежностью в сердце.
— А где лента и браслет? — Спросила мама.
— Ой! Забыла!
Я вылетела из комнаты родителей. Мама что-то крикнула мне в след, но я не расслышала. Повезло, что родительница заметила, иначе, выйди я из дома без ленты, произошло бы что-то плохое. Ну, если верить приметам.
Нацепив атрибутику на нужные места, я облегчено выдохнула и бросила последний взгляд на зеркало, прежде чем покинуть комнату и спуститься на первый этаж. Все уже были там, дожидаясь меня.
— Все готовы? Можем ехать? — Спросил папа, скользя взглядом по нам с мамой.
— Да вроде бы, — ответила я.
Особняк семьи Бухт встретил нас праздничной атмосферой. И за территорией, и на территории их семейства висели гирлянды, парили воздушные шары, с высокого забора спускались вьюны с разноцветными бутонами цветов.
Придерживая длинное платье и смотря под ноги, я шла следом за отцом. Из-за дорожки, выложенной мелкой галькой и по краям обрамленной невысокой живой изгородью, сложно было передвигаться на высоких шпильках, благодаря которым я стала казаться намного выше. С метра пятидесяти пяти подросла аж на 8 сантиметров!
Чем ближе я была к входной двери, тем сильнее билось мое сердце. Пока собиралась, была спокойна, но теперь, как представлю, какой сложный день предстоит пережить, меня бросает в дрожь. И зачем я только на это согласилась?
Дом встретил тишиной, что показалось мне довольно странным. Двигаясь по особняку по памяти, я направилась к комнате Шелл, но там кузину не нашла. Она была в гостиной, где присутствовали фотографы, снимая свадебное платье.
— Привет, — робко поздоровалась я, подойдя к Рошель.
— Вау! — Повернувшись ко мне, она широко улыбнулась. — Ты просто красотка, Лис.
— Красотка сегодня ты, — искренне улыбнулась я, скользнув взглядом по ее лицу.
Нежный макияж глаз отлично подчеркивал большие голубые глаза кузины, а помада цвета персика делала ее пухлые губы более красивыми. Волосы уже были собраны в пучок, зафиксированный на затылке, из которого струилась белая фата, легкой вуалью ложась на спину Шелл.
— Лиска-а-а, я так волнуюсь! — Возбуждено подпрыгивая и махая на себя руками, произнесла Шелл.
— Понимаю, — а что еще я должна была ответить?
Скосив взгляд на платье, я быстро просканировала его глазами. Честно? Не понравилось. В таком бы я замуж не вышла, но на вкус и цвет, как говорится у людей.
— Сейчас вернусь, — сказала Рошель, мазнув ладонью по моему плечу, и вышла из гостиной.
В доме мы задержались всего на час. Фотосессия прошла довольно быстро. Я думала, что все: и брачующиеся, и их свидетели поедут на одной машине, как стали делать в современное время, но вышло все иначе. Мы с Рошель прибыли к месту проведения ритуала гораздо позже всех остальных.
— Мамочки! — Прошептала Шелл, когда мы покинули машину и направились к двум парням, ожидавшим нас у огромного серого камня, вокруг которого в горшках стояли привезенные лунные цветы.
Гости расположились чуть поодаль. Да-а-а, я разделяла волнение Шелл. Казалось, словно сама замуж выхожу. От этой мысли сердце стучало так резко, словно под ребрами сидело не оно, а отбойный молоток. От волнения потели ладони, из-за чего букет невесты, переданный мне перед ритуалом, было держать крайне неудобно.