– Ты сейчас о деле лучше бы думал, а не о девках, – проворчал Филат, высматривая Макара среди компании молодых людей и девушек, которые вышли из дома, где шла вечеринка.
– Да чего о нем думать? Я свою роль знаю – тебя подстраховать и похитить девчонку, чтобы получить выкуп.
– Ну хоть это ты запомнил. И давай, чтобы без фокусов, как на прошлых делах.
У Филата в голове сразу пронеслись воспоминания, как они с Карлом стали бандитами.
После того, как мать их бросила и сбежала с каким-то мужиком, за их воспитание взялась властная и жестокая бабушка. На них она срывала всю злость за неудавшуюся жизнь, называла их нахлебниками, часто била, унижала, обзывала, заставляла работать на любых работах, а заработанные деньги отбирала.
Измученные издевательствами, они с Карлом не выдержали и в пятнадцать лет решили ее убить. Сделали это просто: закрыли окна и оставили включенным газ. А когда бабушка проснулась и закурила в постели, как она обычно это любила делать, прогремел взрыв.
После того случая агрессия в Карле только росла. Когда же они вступили в местную банду, которая занималась грабежами, у него проснулась жестокость в отношении женщин, которых он начал не только насиловать, но и жестоко избивать, калечить.
Филат, как и остальные в банде, был против такого поведения Карла. Ведь из-за таких выходок их всех легко можно было вычислить. Но никто не мог его заставить изменить поведение. И вскоре, благодаря Карлу, банду быстро выследили и посадили.
Филат, будучи молодым и одиноким, очень был привязан к брату, поэтому в тюрьме защищал его, пока они не сбежали.
Теперь Филат жалел, что тогда, много лет назад, не позволил заключенным убить Карла. Тогда, возможно, сейчас бы Филат мог действовать куда более свободно и спокойно. Возможно, он мог бы заводить любые отношения, не боясь, что на его девушку положит глаз его ненормальный брат, а через несколько дней ее не найдут изнасилованной и мертвой где-нибудь в придорожной канаве, как это было не один раз.
После побега они поселились в лесу и в Прибрежном первые годы вообще не появлялись. Потом они занялись мелкими грабежами. Выслеживали одиноких девушек, которые возвращались поздно. Грабили их в парках или в переулках, к некоторым врывались в квартиры, забирали драгоценности, деньги. Карл иногда срывался и не мог себя контролировать. В таких случаях Филату приходилось за ним подчищать. Похищенных девушек убивали и сжигали, чтобы полиция не могла найти их по следам.
На данный момент Карл нужен был Филату для дела, поэтому он готов был пообещать что угодно, лишь бы у ненормального брата был стимул отлично выполнить дело. Но как ляжет карта во время дела, Филат точно не знал. По своему богатому криминальному опыту Филат отлично знал, что во время любого дела все может пойти наперекосяк. И не исключал, и даже надеялся, что во время этого дела ему выпадет возможность избавиться не только от Макара, от Лизы, но и от брата, ставшего ему последнее время только обузой.
Глава 13
Этим теплым субботним вечером Макар с Лизой отдыхали на вечеринке у ее подруги. Макар, весело танцуя, ощущал себя счастливым человеком.
За прошедшие две недели они с Лизой постоянно где-то отдыхали. Как правило, их день начинался с ресторана, потом их ожидал или отдых в клубном отеле, или быстрый перелет на небольшой остров в море, где они в полном уединении наслаждались друг другом, морем и солнцем.
Макар, оглядываясь на свою прошлую жизнь, не мог поверить, что всего месяц назад он только вышел из тюрьмы. Сейчас же жизнь ему казалась легкой и прекрасной. Лиза для него открыла новый мир, новую жизнь. Макар заметил, что перестал вспоминать о предательстве жены и о ужасных годах, проведенных в тюрьме.
Но иногда на Макара накатывало беспокойство из-за Баулиных, ведь Филат звонил ему почти каждый день и требовал конкретных сроков, когда они пойдут на дело. Но Макар не мог ничего ему ответить. Потому что, находясь рядом с Лизой, ему совсем не хотелось думать ни о проблемах, ни о деле.
Одно он знал точно: ему понравилась богатая жизнь с Лизой, и ему казалось, что так будет всегда, и уже нет необходимости рисковать всем, включая свободу.