– Очень интересных ты мне помощников рекомендуешь, – с подозрением посмотрел на него Макар, – Ты уверен, что им можно доверять?
Глеб ехидно усмехнулся.
– Если ты планируешь доверять своим сообщникам, то тебе вообще не стоит браться за такие дела.
Макар понял, что ляпнул глупость.
– Ты должен привыкнуть к мысли, что никому нельзя доверять в той жизни, которую ты собираешься вести после освобождения, – продолжил Глеб нравоучительным тоном, – Ты не плохой паренек, я вижу, что ты не озлобленный, не жестокий. Так что слушай, ступая на этот путь, будь всегда внимателен, никому не доверяй и уясни, что спокойная жизнь тебе больше никогда не светит. А насчет профессиональности братьев я уверен, они помогут тебе ухватить приличный куш, только если будешь вести себя с ними хитро и умно, так что все зависит от тебя. Подумай над моими словами.
– Обещаю подумать, – ответил Макар то, что хотел слышать Глеб.
Макар думал о новой жизни в криминальном мире, и она казалась ему интересной, полной приключений, которая быстро и легко обеспечит его приличным кушем.
Но Макар понятия не имел, что все его планы и замыслы давно интересовали человека, который сидел в соседней камере, боясь пошевелиться, и ловил каждое его слово.
Глава 3
Ровно в половину первого следующего дня перед Макаром раскрылись тюремные ворота, выпуская его на свободу, о которой он мечтал последние три года.
Макар обернулся удостовериться, не идет ли кто за ним следом. Все утро ему казалось, что его могут лишить жизни. По этой причине он не притронулся к еде в столовой, опасаясь, что она может быть отравлена. Он был напряжен и внимателен как никогда и в каждом мимо проходящем человеке видел потенциальную опасность. Внимательно вглядывался в лица и движения людей.
Никого не увидев сзади, Макар немного успокоился. Страх за жизнь постепенно начал отступать. Макар нерешительно прошел через ворота, которые медленно со скрипом закрылись за ним.
Вдохнув полной грудью свежий воздух свободы, Макар почувствовал прохладный ветер на коже, услышал звонкое пение птиц в лесу, оглядел природу. Наконец-то взгляд не упирался в тюремные стены, и можно было насладиться видами. Впереди на большом поле белые, желтые, красные цветы в сочетании с зеленой травой вселили надежду, что его ожидает такая же прекрасная жизнь, наполненная разными красками. Яркое дневное солнце на голубом безоблачном небе заставило прищуриться. Лес, раскинувшийся слева, зашевелил листвой на ветвях от налетевшего ветра, как будто прощался с Макаром и желал всего наилучшего.
Посмотрев направо, Макар увидел дорогу, уходящую вдаль. Не взглянув на стены тюрьмы, он решительным шагом направился в сторону шоссе на остановку автобуса.
Прибыв через час в Прибрежный, Макар пересел на другой автобус, и уже спустя пятнадцать минут он стоял среди однотипных жилых девятиэтажных домов в Западном районе. Вдохнув душный и спертый, но такой свободный городской воздух, Макар улыбнулся и направился во двор.
Подходя ко второй парадной, Макар среди припаркованных автомобилей увидел свой старенький Опель.
Макар вспомнил, как все три года ему не хватало вождения автомобиля. Он очень любил свой старенький Опель черного цвета, на который сам заработал в семнадцать лет. Именно это достижение он считал для себя самым важным и не собирался расставаться с машиной. Конечно, его интересовали престижные марки машин, но он понимал, что честно заработанных денег на них не хватит.
–Здравствуй, красавица моя, – ласково пропел Макар, проводя рукой по капоту Опеля.
Макар кожей ощутил потрескавшуюся старую краску любимого автомобиля.
– Как ты здесь без меня? Игнат о тебе хорошо заботился?
Макар несколько минут постоял у Опеля, любуясь своим автомобилем, затем направился в парадную.
Позвонив в квартиру под номером сорок три на втором этаже, Макар заметил, что волнуется. Он очень надеялся, что его единственный друг не изменил к нему отношение из-за того, что Макар теперь считался бывшим заключенным.
Через несколько мгновений за дверью послышались шаги и зазвенели ключи. Дверь распахнулась, на пороге квартиры стоял среднего роста упитанный брюнет.
– Ого! Какие люди! – весело воскликнул Игнат и посторонился. – Проходи.
– Привет, – Макар осторожно переступил порог квартиры и, оказавшись в тесной прихожей, пожал руку другу. В нос тут же ударил манящий аромат домашней выпечки.