Добравшись до станции, Шикадай осторожно приблизился к главному входу. Все было тихо и безжизненно. Он вошел внутрь, осматриваясь по сторонам. Пыль, паутина и запах запустения говорили о том, что здесь давно никто не был. Но всё же, он знал тайну этого здания. Когда он нашёл кнопку, заставленную ящиками, то нажал её и дверь с грохотом открылась, как и всегда. Правда, внутри было тихо, ловко никого и нет. Внезапно он услышал тихий шорох из комнаты и замер, прислушиваясь. Звук повторился, и он медленно направился в ту сторону.
В комнате, при тусклом свете, он увидел Шинки, сидящего на полу. Тот выглядел измученным и подавленным. Увидев Шикадая, он вздрогнул и отшатнулся назад.
— Шинки, — тихо произнес Шикадай, делая шаг вперед. — Я не хочу тебе навредить. Просто хочу поговорить.
Шинки молчал, глядя на него с опаской. Он не верил, что может доверять кому-либо, даже собственному брату. Но Шикадай не сдавался. Он знал, что должен достучаться до него, вытащить из той тьмы, в которой он сейчас находился.
— Прошу тебя, Шикадай, не выдавай меня. Дай мне уйти. Я не могу вернуться сейчас.
— Пожалуйста, не уходи, Шинки. Мы можем тебе помочь. Хватит убегать и прятаться. Здесь тебе точно помогут. .
— Помогут? Не смеши меня! Ты должен понимать, что они сделают с таким как я!
— Каким — таким? Что с тобой не так?
— А ты будто не знаешь. Я — продукт эксперимента. Таких как я пускают на другие похожие опыты, чтобы узнать на что они способны. — Шинки был ранен, Шикадай это заметил только тогда, когда парень схватился за рану в боку, такое из его ноги текла кровь, видимо, потому он не мог встать и вновь убежать от Нара. Парень посмотрел на брата так жалостливо и с надеждой и мольбой в голосе умолял — Прошу тебя, не выдавай меня, брат. Я хочу вернуться к нормальной жизни, а не к тому что меня ждёт. — тут послышался топот в верхней части здания. Видимо, это были шиноби Конохи, прибывшие вслед за Шикадаем. — Не выдавай… Прошу тебя…! — но Шикадай, хотя и смотрел на брата с жалостью, всё же закричал:
— Все сюда! Он здесь! — тут же вниз сбежались все прибывшие и скрутили Шинки, прижав к полу лицом. С ними был и Сай, он приказал на появляться с Шинки в допросу резиденции и ни в коем случае не спускать с него глаз и быть готовыми к атаке, чтобы тот не сбежал. Когда хромаюшего Шинки провели мимо Шикадая, тот прошипел «Предатель!» .Это заставило Шикадая опустить голову вниз из-за накопившихся слез. Видя это, Сай похлопал парня по плечу и сказал
— Не вини себя. Ты сделал всё правильно, Шикадай.
Шикадай стоял, не поднимая глаз, пока шиноби уводили Шинки. Слова брата эхом отдавались в голове, пронзая его сердце острее любого клинка. Он знал, что поступил «правильно», но это не приносило облегчения. Правильно для кого? Для деревни? Для мира? Но что насчет его брата? Что насчет их связи, их общего прошлого? У него не было ответов.
Сай увел его из заброшенной станции, успокаивая и говоря о необходимости допроса, о важности раскрытия планов «Кары». Но Шикадай не слышал его. Он был погружен в собственный мир, полный сомнений и сожалений. Он предал своего брата, человека, которому доверял больше всего на свете. И теперь, он должен был жить с этим. На улице было уже морозно, ведь закат опустился на Конохагакуре, забирая последний луч надежды у юного Нара. За всё время до резиденции Шикадай и Сай не проронили ни слова, один потому что не знал что сказать, а другой потому что не хотел ничего слышать. Шикадайбросил последний взгляд на то, как Шинки с отрядом скрылся за дверьми здания, и быстрым шагом, молча ушёл домой.
Несколько дней Шикадай провел в молчании, избегая друзей и близких. Он чувствовал себя опустошенным и потерянным. Родители пытались поговорить с ним, но он не мог объяснить им свои чувства. Они были шиноби, солдатами, выполняющими свой долг. Они не могли понять его душевные терзания.
Наконец, он решил навестить Шинки в тюрьме. Он знал, что это будет сложно, но он должен был увидеть его, поговорить с ним, попытаться хоть как-то загладить свою вину. Он должен был убедиться, что с ним все в порядке, что его не подвергают пыткам. И самое главное, он должен был понять, почему Шинки так отчаянно боялся возвращения. Только тогда, может быть, он сможет найти способ помочь ему.
***
Шинки сидел в допросной. Раны, нанесённые при захвате, были забинтованы, но на лице и других частях тела были видны свежие синяки и ссадины. Их ему нанесли при допросе, да и не только