- Сейчас ты отдашь мне какое-нибудь своё оружие. - и Шикадай достал спрятанный в сумке кунай. Шинки взял его себе и спрятал. Потом взял какие-то бумаги и спрятал под одежду Нара - Ты , когда придёшь домой, спрячешь эти бумаги так, чтобы никто не нашёл. Только ты будешь знать где они находятся. А сейчас, когда я досчитаю до трёх и щелкну пальцами, ты будешь думать, что этоих приказов не было и мы с тобой просто попрощаемся. Раз... Два... Три! - раздался щелчок пальцами и Шикадай пришёл в себя. Первые мгновения он приходил в себя и потом вновь улыбнулся и попрощался с Шинки.
Когда брат скрылся за стальной дверью, эта наивная улыбка исчезла. Штрки переваривал информацию, сказанную Шикадаем. Значит, он нужен Джигену… Удивительно. Только вот, это было скорее опасно, чем забавно. Ведь теперь он мог навредить его близким и друзьям.
— Так значит, он охотится за мной, да?.. Чтож, это может повлечь множество проблем для отца, да и не только. Полагаю, у меня есть выход, притом только один. Слишком уж я люблю свою семью и не желаю, чтобы их постигла гибель.
Парень посмотрел на своё запястье вновь. Ему пришла в голову мысль. Он взял спрятанный кунай и вырезална руки надпись. Было больно, но куда больнее могло бы быть, если бы он этого не сделал. Посмотрев в последний раз в окно, разрезанное решётками, он вспомнил всех своих друзей, знакомых, семью. Отец… Интересно, как он там сейчас? Давят ли на него так сильно старейшины из-за меня? Высыпается ли он? А дядя? Как он там теперь? Наверное, ему сейчас не до мастерской. А Арайя с Йодо? Как же мне хочется, хотя бы раз, увидеть их снова, пусть и в таком месте. Шинки посмотрел на кунай в своей ,с него уже капали маленькие капельки крови, но её было немного. Тогда он, собравшись духом, воткнул холодное лезвие в своё тело. Боль пронзила тело неокрепшего парня, тёмная красная кровь побежала по кофте, капая на пол. Изо рта тоже побежал ручеёк алой крови. Взгляд Шинки упал на небо и он улыбнулся. Он делал это не из-за собственной слабости, а ради дорогих ему людей. Это придавало ему силы не закричать от боли, а тихо упасть сначало на колени, а потом и полностью на пол. Кунай упал,звеня лезвием о камень. Медленно глаза начали сами заркываться, картинка становилась мыльной и непонятной глазу ещё и из-за слез. В конце концов, Шинки закрыл глаза, проваливаясь в небытие.
Часть 5. Радикальные методы
– Что значит вы не думали что он может это сделать?! Кому было велено следить за каждым его движением? Мне что ли?! Вас ещё допросят, но не ждите пощады, вас понизят в должности, если вообще не вышвырнут! — Шикамару с злостью положил трубку. Он негодовал по поводу того, что его племяннику удалость провернуть такое. Трагедии удалось избежать лишь потому что по счастливой случайности охранник решил просто заглянуть в камеру, ведь «мало ли что?».
— Тьфу, поувольнял бы их там всех.
— Да не горячись ты, Шикамару. Главное что его успели откачать, а с остальным разберёмся. — пытался сгладить углы Наруто, но Нара явно был не в настроении.
— Разберёмся? Наруто, мой племянник отступник, которого месяц искал весь мир шиноби, а сына теперь обвиняют в покушении на него! С чем мы разберёмся?!
— Прекращай, ты же знаешь что Шикадай не мог этого сделать.
— Знаю, но факт в том, что он мог передать Шинки этот злосчастный кунай. И вот уже хрен докажешь, что он этого сделать не мог. Да и странное обстоятельство того, что тот плохо помнит последние минуты их встречи… Странно всё это
— Ну, ты же сам сказал, Ино постарается с этим что-нибудь сделать. Моет его подвергли гендзюцу? И с помощью техники Ино это возможно будет доказать.
— Плохое у меня предчувствие, Наруто. Очень плохое.
Шикамару тяжело вздохнул, проведя рукой по волосам. Он чувствовал себя загнанным в угол, и не видел выхода из этой ситуации. С одной стороны — его долг перед Конохой, перед Наруто, перед всем миром шиноби. С другой — его семья, его племянник, которому он всегда желал только лучшего. Как можно примирить эти два противоречия? Наруто положил руку на плечо Шикамару. Он понимал его терзания, но верил, что вместе они найдут выход. Они всегда находили, даже в самых безнадежных ситуациях.
— Мы разберемся, Шикамару. Обещаю. Мы выясним, что на самом деле произошло, и поможем Шикадаю.
***
Резко в глаза ударил яркий свет. Я едва мог приоткрыть глаза, но этого было достаточно, чтобы понять, что я не в камере. Черт возьми, где я? Так ярко... Спустя время мне удалось полностью открыть глаза и не щуриться от света. Стены были белыми, как и потолок. А ещё было слышно пиканье аппаратов. Раздражает... Не могу пошевелить ни одной частью тела. В глазах плывёт... Да что же со мной? Ничего не помню.