Сумире вышла из допросной вся в слезах, когда Наруто и помощник ушли достаточно далеко, Сай подошел к Сумире и прижал ее к себе. Девочка вцепилась в его одежду и плакала, как тогда, в их первую личную встречу после удочерения. Тогда он понял, что должен спасти хотя бы ее жизнь и подарить заботу и любовь. А Сумире было очень стыдно перед уважаемым ей господином, ведь она не сказала всю правду…
« Девушка освободила парня из оков. Он продолжал говорить что-то про то что любит ее и даже протянул руки к лицу, но тут она остановила его. От неожиданности он одернул их и максимально ошеломленным взглядом уставился на девушку
— Ты чего…?
— Боюсь, твой маневр не удался. - Сумире достала из одного глаза линзу и продолжила с ехидной улыбкой - похоже, если есть «препятствие» между глазами жертвы и твоими, то гипноз не сработает.
— Получается, ты знала, что я загипнотизирую тебя?
— Я предполагала что ты захочешь сбежать. И я помогу тебе.
— Поможешь? Почему?
— Я уже говорила: я верю что ты не такой, как о тебе говорят. И я думаю что у нас есть шанс вызволить тебя.
— У нас…? А, Каваки таки пришел?
—Ты знаешь? Откуда?
— Ну, я же вижу будущее! хех… — а она совсем не такая как остальные…
— Ну ладно, пойдем скорее, нужно устроить все так, будто ты еще в комнате. — И в тот момент Шинки показалось, что он почувствовал что-то новое, в груди и это похоже далеко не на презрение или ненависть, а что-то такое приятное и прекрасное…»
***
— Ей, а ты че типа реально можешь предсказывать будущее? Ну, по крайней мере я слышал…
— Предсказывать будущее? — Шинки удивленно уставился на спутника и тут же залился смехом, откинув голову назад и приставив руку. Каваки стало не по себе, что с ним стало? Он, конечно, не слишком давно знаком с суновским поганцем, но сейчас он совершенно другой. Что же с ним сделали там в Конохе…?
— Ты серьезно поверил в это?! Я знал что они там все недалекие, но ты то!
— Да ладно тебе, чего ты ржешь? Ты же сам говорил что-то про предвидение, про то, что знаешь, что будет дальше, разве нет? — Каваки скрестил руки на груди, чувствуя себя полным идиотом. Он искренне поверил слухам, которые ходили о Шинки, о его уникальных способностях, позволяющих видеть будущее. Может быть, это было его желанием верить в чудо, в то, что кто-то знает, как выпутаться из этой чертовой передряги.
Шинки, наконец, перестал смеяться, утерев выступившие слезы. Его лицо снова стало серьезным, но искорка безумия в глазах никуда не делась.
— Я говорил так, чтобы напугать их. Чтобы они думали, что я знаю больше, чем на самом деле. Это был мой единственный шанс выжить. — Он замолчал, глядя куда-то вдаль, за горизонт.
— Ну а как же то, что у Шикамару и других работников того корпуса? У них же все действительно сбывалось…
— Пф, ну ты даешь… неужто ты настолько тупой?! Я думал ты давно догадался, как я «предсказываю будущее»
— Слышь, ты ведь за это отхватить можешь!
— Ну слушай, только идиот бы не догадался. — Шинки полошен к Каваки ближе и уже без улыбки начал объяснять очевидное — Да я просто анализировал их жизнь: их повадки, привычки, подслушивал о чем они переговаривались с товарищами. Все это помогало мне примерно определять то, что со стопроцентной вероятностью произойдет в их жизни. В крайнем случае могу сказать что не вижу ничего и все. Например в случае с дядькой Шикамару я просто наблюдал за тетей. Ее часто тянуло тошнить, она уставала чаще, чем обычно, ну, там в целом много факторов.
— Получается, у тебя в целом способностей нет?
— Да нет, я определенно что-то вижу, но я пока не могу до конца понять что же. Но пока что я могу предсказать тебе кое что — он приблизился к лицу Каваки и его выражение лица приняло окончательно угрожающий вид — Если мы сейчас не поторопимся, то из-за твое болтовни нас быстро найдут и поймают, ты это понимаешь? — Потом парень быстро отошел от спутника и направился дальше — пошли, нужно торопиться.
После этих слов Каваки понял: он освободил не какого-то несправедливо запертого парня, сейчас он выпустил монстра, которому уже неведома человечность…