— Какой наследник? — внезапно голос Алекто стал холодным и отстраненным.
Я вздрогнула и отстранилась от него. Голубые глаза моего мужа смотрели на меня с презрением и даже ненавистью. Он оттолкнул меня так сильно, что я не удержалась на ногах и упала.
— Мне даже трогать тебя противно. Я женился на тебе только ради твоего состояния! Ты мерзка, УРОДЛИВАЯ...»
Я с трудом открыла глаза. Как только я сделала это, боль, тошнота и головокружение вернулись с новой силой. Но что-то было не так в моем окружении. Превозмогая боль, я приподнялась и тут же уперлась головой обо что-то мягкое. Поначалу испугавшись, я подняла голову и увидела натянутую ткань, по которой мирно стучали капли дождя.
Это была не моя комната. Это было даже не поместье. Только сейчас я ощутила легкое покачивание, тихое ворчание кучера на погоду и ржание лошади.
Я ехала в телеге, которая была утянута тканью от дождя. Меня укутали в старые тряпки и, как ненужную вещь, забросили на деревянные доски. Я опустилась обратно и тяжело задышала. На глазах снова выступили слезы. Мне было так невыносимо плохо, что хотелось просто умереть. Почему я осталась жива? Почему Дороти или Алекто просто не убили меня?
Ответ пришел неожиданно, от чего сквозь слезы у меня вырвался смешок.
Им требовалось очернить мое имя. Если бы я просто умерла, то в глазах людей я выглядела мученицей, а Алекто грешником, посмевшим жениться после смерти больной жены. Я была уверена, что Дороти не хотела ждать три года траура, прежде чем выйти за него замуж. А вот если бы жена сбежала с любовником, то совесть и честь Алекто были бы чисты.
Я прижала ладонь к животу. Боль была ужасной. Я приглушенно всхлипнула, сжала пальцы в кулаки и поползла к задней части кузова, где ткань не была закреплена. Мне надо было выбраться. Во что бы то ни стало. Я не готова была умереть так просто. Я не готова простить им смерть моего отца.
Сжав зубы, я проглотила кислый ком. Мое состояние становилось все хуже. Яд распространялся по телу, вызывая судороги, но я ползла вперед. Расстояние в метр показалось для меня вечностью. Но вот приятный холодный ветер обдул мое вспотевшее лицо. Я тяжело выдохнула и, сжав зубы, сделала последний рывок.
Падение было болезненным. Все тело пронзила такая боль, что я прикусила губу до крови, чтобы не закричать. Кучер, кем бы он ни был, не должен был меня услышать. Я должна выжить, не смотря ни на что. Без этого я не смогу отомстить. Не смогу стереть их улыбки с лица. Не смогу смотреть в глаза отцу, когда придет мое время покинуть этот мир.
Дождь застилал глаза. Одежда, руки и лицо вымазались в грязи. Резь в животе была ужасной. Каждый мой кашель сопровождался брызгами крови. Но я упорно ползла к обочине. Мне надо было скрыться. Надо было сбежать. Мной двигало лишь животное желание жить.
Я доползла до мокрой травы и поняла, что дальше идет склон. Выдохнув, я сделала рывок и покатилась вниз, чувствуя, как камни, ветки и колючки впиваются мне в кожу. Но все это было не важно. Эта боль была просто смешной, в сравнении с той, что я испытала, когда увидела Дороти на коленях моего мужа.
Удар о ствол дерева, остановил мое тело и выбил воздух из легких. Я снова закашлялась. На траву попали брызги крови, которые моментально смылись дождем. Я попыталась подняться на ноги, но не смогла даже пошевелить рукой. Нет, пожалуйста. Я не могла вот так умереть. Я не могла просто так...
Сквозь пелену слез, я увидела грязные, кожаные ботинки. Они приближались ко мне со стороны леса. Сначала сердце в ужасе замерло. Это за мной? Они нашли меня? Неужели меня сейчас снова напоят ядом?
Но стоило мне поднять взгляд, я тут же успокоилась. Это была одежда не герцогства. Это был кто-то другой. Чужой. Опасный. Но именно он был для меня спасением.
Я протянула дрожащую руку в его сторону и вцепилась в грязную обувь. Мое тело снова сотряс кашель. Крови стало гораздо больше, а от боли начало темнеть в глаза.
— По... пом...помогите... мне, — с трудом разжимая челюсти прошептала я.
Я не видела лицо незнакомца. Я даже не знала женщина это или мужчина. Но сейчас я была уверена в одном — это и есть мое спасение. Потому что если я останусь в этом месте, то умру от переохлаждения или меня найдут люди герцога. И тогда я просто умру, не отомстив и не растоптав каждого из них за ту боль, что я испытала. За то несчастье, что получила в ответ на любовь.
Меня снова вырвало, но я судорожно цеплялась на ноги незнакомца. Даже когда мое сознание начало покидать меня, я не расцепила пальцев.
***