— Жар...
— Галлюцинации
— ... уже несколько дней, как...
Тело горело. Голова словно бы готова была расколоться на множество частей. Резь в животе была просто невыносимой, но я не могла открыть глаз. До меня доносились смутные голоса, но все, что я могла делать — это плакать от боли.
Я не понимала, где я, кто я и кто эти люди. И мне было все равно. Я просто хотела, чтобы боль исчезла, чтобы я смогла открыть газа и...
***
В следующий раз, когда я очнулась, то боли почти не было. Я даже смогла открыть глаза, но помещение, в котором оказалась, я не узнала. Это была небольшая комната, с зажженным камином. В его свете я видела ковры из звериной шкуры, мягкую мебель и несколько шкафов. За окнами была глубокая ночь, но было видно в свете луны, как падали снежинки. Сама я лежала на неширокой, но мягкой и чистой кровати. На мне была надета белая мягкая сорочка. У прикроватного столика стоял таз с водой и тряпкой, кувшин и какие-то лекарства.
Что я тут делаю?
Воспоминания нагрянули неожиданно. И моя «болезнь», и предательство мужа, и разговор с Дороти и даже мой побег...
Я задохнулась на какое-то мгновение, от переполнивших меня эмоций. Из глаз брызнули слезы. Я сжала руку на сорочке у сердца, пытаясь унять сердцебиение. Но успокоиться ни как не получалось. Перед глазами стояло улыбающееся лицо отца. Он протягивал мне букет с цветами и желал счастливой жизни. Я видела Алекто. Такого красивого, голубоглазого и светловолосого. Многие женщины были влюблены в него, но он выбрал меня. И пусть он не любил меня... Но...
— Вы очнулись, — раздался спокойный мужской голос.
Я подняла помутневший взгляд, силясь разглядеть говорившего, но из-за учащенного дыхания не смогла даже понять, где он находился.
— Да что же это такое... — в голосе послышалось раздражение, а через несколько секунд к моим губам прижали холодное стекло стакана.
Я сделала судорожный глоток, подавилась и закашлялась, но это помогло мне взять себя в руки. Я осознала, что хоть живот все еще и болел, но боль была терпимой, да и при кашле крови больше не наблюдалось.
Когда кашель прекратился, я протерла выступившие слезы длинным рукавом сорочки и посмотрела на незнакомца. Сердце пропустило удар, когда я поняла, кто стоял передо мной.
Серые глаза, черные волосы, бледная кожа, высокий, очень высокий, рост... Сомнений быть не могло. Северянин. В Королевстве их боялись и ненавидели. За их мощь, за их принципы и за их красоту.
— Успокоилась? — спокойно спросил мужчина, поставив стакан обратно на столик.
— Да... Спасибо... — растерянно произнесла я, выпрямившись. — Это вы меня спасли?
— Нет, — мужчина усмехнулся. — Мой человек принес тебя в поместье.
— Я должна поблагодарить его, — тихо сказала я, опустив взгляд. — И вас тоже. За то, что помогли мне выжить.
Какое-то время мужчина молчал. Его серые глаза, в которых можно было увидеть металлический блеск, смотри на меня изучающе, выжидающе и насторожено. Но я не отвела взгляда.
— Я принимаю вашу благодарность, — мужчина слегка наклонил голову. — Попрошу того, кто вас привел, зайти завтра.
— Благодарю... — я устало откинулась на подушки.
Сил, чтобы так долго сидеть до сих пор не было. Голова кружилась, и хотелось пить. Словно услышав мои мысли, незнакомец налил из кувшина в стакан воды и протянул его мне. Я с благодарностью кивнула и дрожащими руками взяла стакан.
Холодный, живительный напиток прокатился по горлу. Я наконец-то смогла дышать полной грудью. Мне показалось, что даже боль уменьшилась в несколько раз. Допив, я протянула стакан мужчине и еще раз поблагодарила его.
— Итак, — незнакомец откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ноги и вопросительно посмотрел на меня. — Если вы готовы отвечать на вопросы, то скажите, как вас зовут и почему вы были отравлены.
— Я... — грудь сжало от боли, стоило только вспомнить, что сказала Дороти. Ее слова, как раскаленная игла, протыкала мое сердце снова и снова. — Меня зовут Селина Валентайн... Хотя, скорее всего, уже Селина Ульрих.
— Вы герцогиня? — спросил мужчина, не отрывая взгляда от моего лица.
— Была ею, — я усмехнулась. — Мой муж выбросил меня.
Незнакомец ничего не ответил. Он молчал какое-то время, пока я сжимала одеяло пальцами и пыталась не разрыдаться. Я ненавидела Алекто так же сильно, как и любила его. Эти чувства разрывали меня на части. Я так долго надеялась и ждала, что он полюбит меня. Но его предательство перечеркнуло все светлые чувство по отношению к нему.
— Ваше тело еще недостаточно восстановилось. По рекомендации доктора, вам предстоит пролежать в кровати еще некоторое время, — мужчина поднялся на ноги и уже собирался выйти из комнаты, когда я его остановила.