Аппетита не было. Наоборот. Меня тошнило. Анжела весь вечер пыталась приобнять, вешалась на меня, целовала и гладила затылок, трогала за галстук... Как она только не "метила свою территорию". Меня это жутко раздражало. С трудом я дождался конца ужина. Все начали расходиться по комнатам.
Глава 9 - Сложный выбор
Комната Влады оказалась прямо напротив нашей с Анжелой. Решаю спуститься на кухню, выпить что-нибудь крепкое, успокоить нервы, пока Анжела в душе. До сих пор поверить не могу. Неужели это судьба устроила нам такую встречу? Чтобы помучить меня? Я недостаточно страдал?
Прохожу мимо комнаты Влады, дверь приоткрыта, и в проёме я вижу её фигуру. Она стоит перед зеркалом и упорно трёт сумочку салфеткой, глубоко погружённая в свои мысли. Я чувствую, что Влада знает, что я здесь, что она ожидает моего появления. Моя рука автоматически тянется к дверной ручке. Останавливаюсь, словно парализованный, и ловлю её взгляд. Она тоже пристально смотрит на меня, но в её глазах я больше не вижу той нежности, той любви и мягкости, с которыми она глядела на меня тогда.
Секунды тянутся вечностью, и в этой тишине я слышу только биение своего сердца. Как же хочется обнять её, ощутить её тепло и нежность, гладить её шелковистые волосы, утонуть в их аромате... Хочется прижаться к ней и не отпускать. Вернуть время назад, отмотать его до того момента, когда мы были счастливы. Я только недавно понял, что моя жизнь разделена на две части: до Влады и после неё. И я знаю, что я готов сделать всё, чтобы быть с ней, чтобы чувствовать её дыхание на своей коже. Но я стою на месте, как зачарованный, не решаясь сделать шаг.
– Что ты здесь делаешь? – почему-то грубовато вылетает у меня.
– Оттираю грязное пятно, – немного нервно ответила она и стала тереть интенсивнее, – хочу, чтобы сумочка стала такой же чистой, как и была прежде, – бросила на меня гневный взгляд.
Видимо, намекает на то, что я грязное пятно в её жизни.
– Ты поняла, о чём я.
– Кирилл, Вы не могли бы отойти? Я хочу закрыть дверь.
Когда мы проводили время вместе, мне было ясно, чего она хочет. Я как будто видел её мысли, считывал с лица эмоции, даже если она старалась их скрыть. Я мог угадывать её желания, даже если она просила сделать что-то противоположное. Она иногда говорила одно, а думала совсем о другом. Когда мы слегка ссорились, я уже знал, что слова Влады имеют двойное дно: "отойди" значило "подойди и поцелуй меня"; поезжай – останься; сделаю сама – помоги мне, я не справлюсь без тебя; ничего не надо – я бы не отказалась от картошки фри.
Она иногда играла со мной в эти игры, пыталась запутать, сделать так, чтобы я не угадал её настоящие желания. Но я всё равно чувствовал её, как будто мы были связаны невидимой нитью. За короткий промежуток времени я успел узнать её лучше, чем она сама себя...
И теперь я не мог понять, хочет ли она, чтобы я и правда закрыл дверь? Или мне подойти к ней ближе? Я больше не обладал этой суперспособностью.
– Прошу, не делай этого, – я встал в проёме дверей, чтобы она не смогла её закрыть.
Мы так близко друг к другу, её губы совсем рядом, я чувствую запах её феромонов, запах цветов и свежести.
– Чего мне не делать? – психует.
– Если ты здесь для того, чтобы мне отомстить, не делай этого.
– Послушай, я просто отдыхаю. Если бы я знала, что ты будешь здесь, ни за что бы сюда не приехала! Для меня ты умер тогда.
Влада оттолкнула меня и закрыла дверь.
Я пошёл на кухню и выпил несколько стаканов бурбона. Вернувшись в комнату, я открыл фотоальбом в своём телефоне и ввёл пароль. Где-то далеко я нашёл единственное наше с Владой селфи и просто пялился на него. Кошки скребли на сердце... Я резко, неожиданно для себя, швырнул телефон в угол и просто сидел на кровати согнувшись, поставив локти на колени и закрыв своё лицо руками. Пытался изгнать из головы все мысли о ней.
***
Сердце моё стучит так, словно вот-вот выпрыгнет. Я едва не выдала себя, едва не показала, что знаю Кирилла. Внутри меня бушует буря – желание вцепиться в него, надавать пощёчин за все обиды. Ненавижу его, ненавижу и... всё ещё люблю.
Как же его жена вилась вокруг него, словно тень, контролируя каждый его взгляд... Голова кружится. Я прижимаюсь к стене, горячие слёзы катятся по щекам, и в груди поднимается волна отчаяния. Хочется кричать, рыдать, выплеснуть всю эту боль наружу. Но я сдерживаю стон, не позволяя ему вырваться.