– Да. Бедная девочка вынуждена была сделать аборт. Она просто ему не понравилась...
– Никита вдруг решил, что она охотница за деньгами, – вздыхаю я и кладу лоб на барную стойку, просто хочу долбить об неё головой.
– Но он не знал этого точно. Может, она любила его? Вот и с Владой мог что-то подобное сделать... У тебя тогда не было выбора, – пододвигается ближе ко мне и обнимает за плечо. – А если вдруг Демид узнает, что у вас была связь... Представляешь, что будет? Объясни ей это!
– Не станет она слушать, сказала сама будет решать, что ей делать.
– Попробуй, мне кажется это всё изменит, и вы сможете вместе уехать.
– Я должен был сразу так поступить, а сейчас это невозможно.
– Давай я тебя лучше отвезу. Анжела сейчас будет названивать, а когда ты пропадаешь, отдуваюсь я.
– Она привыкла к моим загулам. Терпит, иногда скандал закатит, но знает, что я просто пью. Женщин нет... Да и она тогда знала, что у меня появилась женщина. Она терпела, ловко притворялась моим другом, расставляя свои сети: то внезапно появится якобы невзначай, то нужно срочно ей помочь с машиной, то забрать из парикмахерской, типа, такси не едет долго. Она позвонила, когда я был с Владой, услышала её голос, спросила кто, я прямо ответил – моя девушка. Бросила трубку. А потом Демид Олегович схватил меня своими клешнями и заставил жениться. Думаю, не без Анжелиного участия... Но у него своя выгода.
– Не дай этому кому катиться дальше, останови это, дружище, просто поговори с ней.
– Поехали к тебе, хочу поспать. Дома Анжела не даст.
Глава 12- Шаг навстречу
Спускаюсь в кафе пообедать. В Москве-Сити это моё любимое место, ставшее для меня настоящим пристанищем среди городского хаоса: здесь тихо, спокойно, уютно и вкусно. Сажусь за столик у окна, выбирая лучший ракурс для небольшого удовольствия – нежного тирамису и чашки камбоджийского шоколадного кофе. Моё внимание привлекает маленькая темноволосая девочка за детским столиком с раскрасками. Она сидит одна, рядом я не вижу никого из взрослых. Смотрит по сторонам своими большими голубыми глазами, словно кого-то потеряла. Из-за этого её распущенные волосы малость развиваются, закручиваясь в затейливые локоны.
– Эй, привет. Как дела? – решаюсь пообщаться с ней.
Она, слегка настороженно, но с любопытством взглянула на меня.
– Пливет, хавашо, – берёт карандаш, начинает рисовать.
– Как тебя зовут?
– Мила, – улыбается.
– А меня Кирилл. Что ты рисуешь?
– Папу. Мама казала, фто он уехав. А я зду и зду, када плиедет.
– А где твоя мама, почему ты одна?
– Ана с бабуфкой пафла туда, – показывает рукой.
Любуюсь этой девочкой, сердце наполняется теплотой. Почему же так вышло, что у меня нет детей? Ведь я так хочу заботиться о своём ребёнке... Но в нашей жизни есть свои реалии и ценности у всех разные. Ах, да... именно поэтому Анжела так заботится о своей фигуре, считает, что беременность – это как ржавчина на дорогом автомобиле, лишнее бремя. "Дети – это не цветы жизни", – говорит она с саркастической улыбкой. "Это сорняки, которые требуют внимания, заботы и бесконечных ресурсов".
– Извините, – слышу женский голос, – что-то случилось?
Стоит женщина лет шестидесяти, недовольно смотрит.
– Нет. Я увидел, что девочка одна и решил спросить, где её родители.
– Всё в порядке, я бабушка. Можете идти, – недоверчиво смотрит.
– Ну пока, Мила, – машу ей рукой.
– Я не Мила, я Ми-ила, – исправляет девочка.
– Мою внучку зовут Мира, – обращается женщина ко мне, – Мира, пойдем кушать, обед принесли.
– Пока, Мира, – обращаюсь к девочке снова.
– Пока, Килилл, – машет мне ручкой и улыбается.
***
Выхожу на улицу проветриться. Как-то непривычно находиться в таких огромных зданиях, окутанных собственным величием и загадками. Свежий воздух точно обнял меня. Я на мгновение останавливаюсь и вдыхаю аромат каменных джунглей, смешанный с только что закончившимся дождём. Я вижу, как высокие небоскрёбы устремляются в небо, а их стеклянные фасады отражают свет солнца, создавая игру оттенков – от нежно-розового до ярко-золотистого.