Я присела на ступеньки, чувствуя, как голова закружилась. Вокруг кипит жизнь – люди, как муравьи в своём муравейнике, торопливо спешат по делам, погруженные в заботы и мысли. На их фоне медленно плывут серые облака, и где-то тихо играет спокойная музыка.
– Здравствуй, – незнакомый мужчина в деловом костюме нагловато присаживается рядом и пытается завязать разговор, – я тоже тут впервые почувствовал себя крошечным.
Я оборачиваюсь к нему, немного удивлённая его невозмутимостью. "Что за тип?" – мелькает в голове. Вдруг его взгляд становится более сосредоточенным, как будто он разглядывает что-то невидимое в воздухе, и он продолжает:
– Каждый из нас имеет свои тайны, как этот большой город, но иногда не в силах поделиться ими, потому что кто-то другой может пострадать, – его голос низкий и вкрадчивый.
Я смотрю на него, пытаясь уловить смысл его слов.
– Извините, мы знакомы? – перебиваю его философскую бессмысленную речь.
– Ты меня, наверное, не вспомнишь. Я друг Кирилла. Когда-то он оставил тебя одну, в машине... Я там был за рулём, – оборачивается и протягивает мне руку. – Глеб.
Пожимаю.
– Зачем он подослал тебя, что ему нужно?
– Он не знает, что я здесь. Мы договорились встретиться, пообедать. Я шёл к нему и неожиданно увидел тебя.
– И чего же ты хочешь?
– Счастья для вас.
– Наш поезд давно ушёл. Я не хочу об этом разговаривать.
– Ты не знаешь, что произошло. У него есть чувства к тебе. Были, есть и будут всегда. Он неисправимо в тебя влюблён.
– С чего ты взял? И почему ты говоришь за него?
– Потому что он не скажет. Он считает, лучше молчать, чем рисковать.
– Лучше уходи.
– Влада, пожалуйста... Дай мне 10 минут, и я всё объясню. Всё, чего ты не знала.
Смотрю в сторону, задумавшись.
– Две минуты.
– Спасибо, – нервно продолжает. – Так вот... Три года назад Кирилл должен был уехать к тебе, чтобы сделать предложение и жениться. На тебе! Он рассказал о вас своему отцу и Демиду. Демид, разумеется, не мог позволить себе потерять того, кто рубит для него большие бабки. Кирилл был не просто работником, он был ключевым звеном в его бизнесе. Плюс его дочурка, типа, вешалась на него и была влюблена... Он понимал, женитьба Кирилла на Анжеле обеспечила бы не только её счастье, но и укрепила бы его собственный бизнес.
– Пфф... Я догадываюсь, Кирилл просто не хотел кусать руку, которая его кормит, – пожимаю плечами.
– Как раз-таки наоборот, Влада. Дело не в этом. Демид начал действовать, чтобы передать дела и уйти на отдых, без согласия Кирилла. Чтобы он не уехал, не бросил бизнес и его дочь, он пригрозил ему, что лишит отца Кирилла и его самого акций, и всю его семью – имущества и работы. Слышала ты или нет? Но они все работают на Демида, в его компании. Кирилл буквально оказался в ловушке. С одной стороны, его сердце тянулось к тебе, а с другой – он был загнан в угол угрозами и шантажом. И поверь мне, тебе бы тоже досталось... Однажды наш "идеальный" Демид Олегович в два счёта разобрался с одной девушкой, которая встречалась с его сыном. Врагу не пожелаешь.
Молчу.
– Кирилл так поступил из-за любви к тебе и заботясь о своих близких.
Неужели это всё правда? Причина всех моих слёз была в другом?
– Пойми, каждый из этой семейки по-своему невменяем. Не связывайся с ними.
– Ты сейчас идёшь к нему?
– Да, пойдём со мной, вам надо поговорить.
Встаёт, протягивает мне руку и помогает встать. Дальше я не знаю, чем я руководствовалась. Разумом или сердцем, а может сразу и тем, и этим. По крайней мере, мне надо было с ним увидеться. Мы идём в кафе. И вот мы подходим к столику, где одиноко смотрит в меню Кирилл. Первый подходит Глеб. Я стою за его спиной.
– Дружище, ну наконец-то! – встаёт Кирилл, и улыбка его сменяется горечью и печалью, как только взгляд падает на меня.
Моё сердце наполнилось противоречивыми чувствами. Гнев и обида уступили место пониманию и сочувствию. Все обиды рассеялись, как утренний туман. Кирилл смотрел на меня с надеждой и страхом. Он знает, что сейчас всё зависит от моей реакции. Я подошла к нему и крепко обняла. Моё тело наполнилось теплом и любовью. Он крепко прижал меня к себе. Так мы стояли молча полминуты, неподвижно, как будто заполняли пустоту расставания. У меня покатились слёзы, слёзы облегчения, понимания и любви. Кирилл гладил мои волосы и шептал: