Был среди награжденных и мой Эжери. Его имя назвали одним из первых. Я вся пузырилась от гордости за любимого.
— Герцог Эжери Кранбский, — громко прозвучало во весь огромный зал.
Медленно, чеканя шаг, вышел улыбающийся Эжери. Он был прекрасен! Его лицо было удивительно красивым — прямой нос с легкой горбинкой, широко разметнувшиеся густые темные брови, высокий благородный лоб, твердые, чуть подкрашенные по последней моде красные губы, густые ресницы над прекрасными глазами. Высокий, в прекрасном красно-белом мундире.
— Мой любимый друг — герой, — приветствовал его император, встав с трона и выйдя ему на встречу — честь небывалых размеров!
— За твой геройский поступок, за спасение всей креландской армии под Сальдором, — я потрясенно вздохнула, прижав руки к груди, — «какой герой!», — прими мою личную благодарность и мое расположение на веки, — между тем продолжал отец.
Император пожаловал моему Эжери титул Блистательный Герцог, земли, недалеко от Меронии с замком, дом в Меронии, с правом передачи титула и наследства всем его потомкам. Неслыханная награда! Раздались громкие овации. Эжери купался в славе.
Более семисот человек получили в тот день разные награды. Церемония завершилась только через долгих пять часов. Через многочисленные золотые двери вошли слуги с горячительными и прохладительными напитками, раздавались легкие закуски. Императорская чета покинула зал на небольшой перерыв.
Все неторопливо переговаривались, переходили от группы к группе, никто не расходился. Предстоял главный и самый интересный этап — церемония овладевания. Это была главная интрига дня — кто получит раба. Имена оставались в тайне. Получить ардорца в подчинение — это мечта каждого, это статус, высшее признание заслуг и достоинств. Конечно, никто не сомневался, что император лично станет хозяином бывшего короля Ардора, но оставалось еще более двадцати пленников. Зал проявлял больше и больше нетерпения.
Тихая музыка внезапно умолкла, и трубы пропели громкий серебряный зов, забили барабаны. Все встали.
— Его императорское величество Дарко Маркес Бронтейн, властитель Креландской империи, сюзерен малых королевств, правитель Ардора!
— Ее императорское величество Иария Монна Бронтейн!
Улыбающаяся императорская чета под руку торжественно вошла в зал, в благоговейной тишине они чинно проследавали к своим тронам на небольшом постаменте и замерли в благородных позах.
Вдруг все зашевелилось, толпа заговорила, подвинулась, опять раздвинулась, и между двух расступившихся рядов, при звуках заигравшей музыки, в зал ввели пленников. За ними следовала группа магов во главе с Мериданоном.
Я невольно ожидала увидеть те же забитые, жалкие существа, которые я видела вчера. Каково же было мое удивление, когда в зал вошли высокие, статные мужчины. Им позволили вымыться, накормили, их длинные волосы, заплетенные в сложные косы ловили свет сотен люстр, высевших под высоким потолком. Они были несомненно красивы — одетые в просторную черную одежду, которая, тем не менее не скрывала их атлетическое телосложение. Их чуть удлиненные, миндалевидные глаза поражали глубиной и разнообразием оттенков — тут был и ярко-желтый и прозрачно-голубой и ярко-зеленый. Их руки и ноги были скованы, но при этом они умудрялись двигаться грациозно и плавно. Я нашла глазами короля Ардора, как и в прошлый раз, он шел впереди своего маленького отряда, — «интересно, кому он достанется, хотя нет, не интересно, конечно императору…»
Солдаты выстроили ардорцев в линию, заставив встать на колени.
В зале воцарилась напряженная тишина.
Вперед выступил барон Араден Сорат — ближайщий советник и помощник императора. Это был чрезвычайно умный и так же чрезвычайно опасный человек. Наружность барона отвечала его характеру. Высокий рост и смуглый цвет лица, черные волосы, черные проницательные глаза, большой, но правильный нос, печальная и холодная улыбка, вечно блуждавшая на губах его, — это было существо особенное, не способное делиться мыслями и страстями с теми, которых судьба дала ему в друзья. Он говорил мало, но резко.
— Дорогие гости, люди Креландии, — проговорил он, тщательно, как бы взвешивая, выговаривая каждое слово, — эти преступники, имевшие наглость воевать против великой Креландии готовы добровольно передать себя в рабство!
Гости ответили утвердительными возгласами.
— Да будет так! — закричал барон.
— Раб Нарат Тейн выйди вперед, принеси клятву своему будущему господину герцогу Вараву Кранбскому!