Первым среди тех, кто не пришел, стояло имя Риана Штайнера, и это давало Виктору основания подозревать его в причастности к убийству. Последующие события показали, что Риану была очень выгодна смерть Мелиссы: она сплачивала Солнечную Федерацию и Содружество Лиры. С ее смертью этот союз распался. В последующей затем войне с кланами Содружество Лиры пострадало больше, чем Солнечная Федерация, оно потеряло почти четверть своей территории. Этот факт и возможная повторная агрессия со стороны кланов многих лиранцев настраивали против Дома Дэвиона, и Риан умело использовал их озлобленность и страх в свою пользу. Он накапливал политический и моральный капитал, его целью было завладеть троном Лиранского Содружества.
Вторым в списке шел прецентор Мартиал Ком-Стара Анастасий Фохт. Виктору не верилось, что Фохт может быть замешан в таком злодеянии, хотя как раз фактическая монополизация межзвездной коммуникационной сети и помешала нащупать нить, связывающую убийцу с патроном. Но Виктор отметал все подозрения против Фохта, ведь благодаря усилиям Мелиссы Штайнер-Дэвион во Внутренней Сфере установилась стабильность, а Ком-Стару перед лицом возможного вторжения кланов только этого и было нужно.
Третьей в списке стояла Катрин. Виктору и в голову не приходило заподозрить свою сестру. Мелисса умела внушать к себе любовь, и прежде всего со стороны своих детей. В этом смысле Катрин даже превосходила всех остальных. Никто не заставил бы Виктора поверить в причастность Катрин к убийству, если бы не маленькая деталь – она все-таки не пошла на прием, несмотря на общеизвестную любовь к матери и столь же печально известную страсть ко всякого рода вечеринкам.
– Так ты думаешь, она все-таки приложила руку к смерти моей матери, Курайтис?
– Я всего лишь сыщик, я взвешиваю возможности и выбираю наиболее вероятную из них.– Агент пожал плечами.– Ее телохранитель сообщил, что в тот день ваша сестра рано легла спать, и он не решился разбудить ее. Правда, такое с ней случалось и раньше, и если бы ваша мать не умерла в тот вечер, отсутствие сестры мало кто заметил бы.
– Но она действительно могла уснуть, черт побери!
– В данной ситуации случайность играет против нее.
Виктор согласно кивнул. Его собственное имя стояло в списке четвертым, и его недруги в средствах массовой информации частенько намекали на его возможную причастность к злодеянию. Масла в огонь добавлял и тот факт, что именно он оказался рядом с отцом на Новом Авалоне как раз в то время, когда у того вдруг случился сердечный приступ. Кое-кто попытался представить его в роли убийцы своих родителей.
– То, что имя Катрин находится в списке, не дает мне оснований подозревать Галена в нелояльности,– сказал Виктор.– Я доверяю Галену и хочу, чтобы ты знал об этом.
– Я знаю, мои люди докладывают мне не о нем, а о вашей сестре.– В голосе Курайтиса послышались загадочные нотки.– Вы ведь именно этого и хотите, не так ли?
– Своих врагов я выбираю сам – это моя прерогатива.
– А я стараюсь, чтобы ваши враги не отняли у вас жизнь,– и это моя работа.
Виктор посмотрел на свой хронометр:
– Ты прекрасно справляешься с ней.
– Пока справляюсь,– уверенно согласился Курайтис.
– Прекрасное и очень своевременное уточнение. Через несколько минут я должен быть на важной встрече. Эти реформисты тюрем с ума посходили, они становятся опасны. Сначала они требуют для заключенных отпуска, затем свободного выхода на работу, а теперь хотят заменить тюремное наказание домашним арестом. Как ты думаешь, все эти вопросы могут касаться службы безопасности?
– Никоим образом.
Виктор недовольно заворчал, снова посмотрел на хронометр и, будто вспомнив что-то, снова обратился к Курайтису:
– Кстати, Курайтис, когда Катрин с Галеном прибывают на Солярис?
– Сейчас они находятся в пределах системы, а прибывают на следующий день после прилета герцога Риана.
«Не сомневаюсь, что Катрин постарается сделать из своего прибытия целый спектакль, очарует публику и затмит Риана»,– размышлял Виктор, готовясь к встрече. На нем были голубого цвета брюки, теперь он надел в тон к ним официальный мундир. Левую половину его груди украшали с полдюжины медалей, золотой аксельбант спускался с левого плеча. Его правое плечо украшал крест Лиранской гвардии. Строгий бант указывал на принадлежность к элитному батальону.
Выбранный Виктором неброский простой платиновый браслет свободно сидел на руке, слегка спускаясь,– так их носят колдуны. Он вдруг осознал, что браслет и точно был волшебный, он давал его обладателю власть и делал объектом поклонения. «И еще ответственности,– думал Виктор,– того самого качества, которое типы вроде Риана не хотят замечать; своей наградой они считают войну».
– Вот ради этого Риан готов убить меня.– Виктор посмотрел на Курайтиса, беря в руки корону.– Интересно, если ему предложить стать правителем и тут же умереть, он согласится?
– Думаю, он найдет приемлемый выход,– ответил Курайтис.
– Не исключено.– Виктор подбросил корону в воздух, ловко поймал ее, повертел вокруг пальца и неожиданно спросил: – Курайтис, а что с тем человеком в лепрозории на Поулсбо?