– Мы понимаем, понимаем, продолжайте,– поторопил его Риан.
– Даже если головид, который мы наложили на ту битву, длится всего пять минут, это добавляет к общему объему еще два гигабайта. То есть вы увеличили сообщение, передаваемое Ком-Старом, как минимум на двадцать процентов и надеетесь, что этого никто не заметит? Глупости, сразу заметят. Вы хотите знать, что произошло дальше? – Видя, что никто не отвечает, Ханау продолжал: – А дальше они показали материал Виктору. Поскольку он оплатил передачу и является ее владельцем, они спросили его, хочет ли он, чтобы с битвой пошла нелегально наложенная информация. Вполне естественно, что он заменил ее своим интервью, сразу убив двух зайцев – утер нос тем, кто готовил материал, и показал, что наша система передачи нелегальной информации раскрыта. Вот что вы наделали,– закончил свой монолог Ханау и посмотрел на Ньюмарка.
Риан тяжело дышал, сжав зубы.
– Это мне совсем не нравится,– произнес он.– Из-за чертовой битвы я оказался опозоренным, мои бойцы выставили меня полным идиотом, и тут еще Виктор... Он буквально плюнул нам в лицо.
Дэвид Ханау осторожно улыбнулся:
– Ваша светлость, не стоит так отчаиваться, ведь все равно никто не поверит ни единому слову Виктора в этом интервью.
– Конечно, не поверят, болван, все это – трепотня, и никто его слушать не станет.– Риан кипел, глаза его горели ненавистью, лицо побагровело. Он с шумом уселся в кресло.– Вам не понять, как дорого мне обошлась эта битва. И каков результат? Получается, что я сам дал рекламу Галену, это я дал ему возможность продемонстрировать боевые качества его легкого робота и показать превосходство его тактики. Мои люди почти настигли его, но он ушел от них и победил. Это я сделал из него героя.
А Катрин? Вы понимаете, какой урон нанесла нам она своим заявлением? Она практически открыто обвинила меня в причастности к террору, развязанному милицией Свободного Ская, и даже более того, она намекнула, что я причастен к смерти ее матери. Нет, этой суке следует преподать урок. Как там она говорит? Хочет заниматься государственными делами? Так пусть знает, что человек, ставший государственным деятелем, автоматически превращается в мишень!
– Вы собираетесь ее убить? – осторожно спросил Ньюмарк.– Но это невозможно!
– Я знаю, что цареубийство – дело очень сложное и хлопотное,– герцог подпер щеку ладонью,– но тем не менее ей следует напомнить, что тот, кто вступает в бурные воды политики, рискует быть съеденным акулами. Она должна понять, что ей лучше оставаться на берегу.
– Очень жаль, что ваши бойцы не прикончили Галена на Ишияме,– произнес Ханау,– символа из покойного Кокса не сделали бы, для этого он слишком мелковат, а вот Катрин это могло бы выбить из колеи надолго.
– Ты прав,– одобрительно произнес Ньюмарк,– она, по-видимому, действительно очень к нему привязана.
– А это очень неплохая идея,– почти прошептал Риан.– Мы, кажется, продолжаем распространять слухи о неприязненных отношениях между Виктором и Галеном Коксом, не так ли, господа?
Ханау согласно кивнул:
– И эти слухи с восторгом принимаются теми, кто считает Виктора замешанным в смерти своей матери. Так же охотно они принимают и намеки на то, что Виктор хотел и смерти Кая, для этого он послал его на Альину.
– Отлично,– похвалил его Риан,– но теперь нужно проявить немного фантазии. Начинайте сообщать, что неприязнь между Виктором и Галеном усилилась после заявления Катрин. Скажите, что Кокс поддерживает ее, а Виктор – нет. Катрин говорила о том, что ее глаза якобы открылись? Вот и сообщите, что произошло это под влиянием Галена, и вообще больше говорите о том, что она находится под его влиянием. Сообщайте, что это он показывает ей суровую реальность. Мы обязаны вбить клин между Виктором и Галеном, хотя бы даже воображаемый, если не реальный. Ханау кивнул:
– Это сделать будет очень легко, мы воспользуемся тем, что уже сделано. Скаи созрел для того рода информации и активных действий, теперь нам следует расширить круг, войти в Содружество Лиры и даже дальше, в Солнечную Федерацию. Там наши позиции довольно слабы, и, пожалуй, нам следует начать укреплять их.
– Сколько вам потребуется времени для того, чтобы запустить вашу информационную машину? – спросил его Риан.
– Недели две, не больше. Нужно будет подготовить соответствующие видеоматериалы, новости, организовать дискуссии, только тогда дело пустит нужные ростки.
– Неплохо,– одобрительно посмотрел на помощника Риан.– Мыслите вы достаточно широко. Ровно через неделю Кай Аллард-Ляо защищает свой титул. Скорее всего, он его защитит. После победы поднимется шумиха, продлится она с неделю, не больше, а потом наступит информационный вакуум. И мы должны будем его оперативно заполнить.
Ханау усмехнулся:
– Копиями зверств Питера в Беллериве?
– Можно начать и с этого, но, пожалуй, мы возьмем повыше.
– Насколько повыше? – поинтересовался Ханау.
Риан многозначительно посмотрел на Ньюмарка и спросил:
– Вы не помните. Мелисса, кажется, обожала цветы?
– Да,– медленно ответил Ньюмарк, внимательно глядя на герцога.
– Давайте проверим, герр Ньюмарк, может быть, у Кокса тоже есть слабость к флоре.– Герцог заметил, как округлились глаза Ханау, и его улыбка стала еще тире.– Кокс собирается улетать с Соляриса после битвы Кая. Как вы думаете, господа, не преподнести ли ему на прощанье наш лучший букет?