Ощущение, что их радио макнули в воду — одно непонятное бульканье вместо чётких слов. Раздражало. Сью уже не в первый раз пыталась найти тому причину, потому что видеть в его глазах налёт грусти день за днём давило всё сильней. Все касания — чётко отмеренные, ни разу не перешедшие грань никому не нужной целомудренности. Нет, это не Кейд. Её Кей если хотел коснуться, то делал это так, чтобы искрило по самым венам.
— В закорючках нет ничего сложного, это же ноты для начинающих, — тем временем спокойно пояснял он, словно не замечая, как она напряжённо кусала губы. — Тут как для детей, подписаны клавиши по номерам пальцев.
Она вздохнула: кажется, он не видел или не хотел видеть её главной проблемы. Аппликатура. Та самая стандартная расстановка пальцев по номерам для неё не годилась совсем. Ей попросту нечем дотянутся до дальних клавиш, и в результате все звуки сбивались в кашу: приходилось изощряться и придумывать расстановку, которая подойдёт лично ей. Но при нём заострять на этом внимание — снова слышать только виноватые кряхтения, так что Сью с повышенным энтузиазмом подхватила листок с нотами:
— Как думаешь, в Вудмонте оценят, если мы сделаем новый дуэт?
— Я думаю, что тебе пока рано далеко уезжать из дома, — она развернулась к нему, вспыхивая обиженно распахнутыми глазами и буквально парализуя мысли. Кей избегал её прямого взгляда. Боялся, что она уже и так слишком много поняла. — Три часа дороги только в одну сторону, а уж выходить на сцену и волноваться тебе точно пока не стоит, — навертел он откровенной чуши, какая только первой пришла в голову.
— Надо же, — хмыкнула Сью недоверчиво. — Значит, тебе можно скрыть гипс штанами, а мне…
— Гипс как раз снимут через два дня. Один разок ты можешь и пропустить выступление, ничего страшного.
Она замерла — тон его голоса был совсем чужим и сухим. От обиды противно дёрнулось под рёбрами: сколько уже можно считать её слабой? Неужели то, что она пихнула человека под поезд, не дало ему повода начать относиться к ней не как к ребёнку, которому вечно нужна защита?
— Когда… когда вы едете? — дрогнувшим голосом спросила Сью, положив трясущиеся пальцы на клавиши.
— Ребята хотят на следующей неделе. Нас заждались.
Как чёткая точка: она останется тут. Лишь отчаянно трещащая ниточка выдавала с головой, что он говорил на самом деле. Сьюзен ощутила это самым нутром, дрожью в коленях. Что после Вудмонта будет ещё один город, и ещё — всё дальше и дальше, пока ниточка не порвётся совсем. Кей не умел врать. А она — виртуоз обмана. С улыбкой повернула к нему голову и тихо пожелала:
— Удачи. У вас будет отличное выступление.
07.06.2021
«Форд» визжал шинами на резком повороте. Нужно было успеть. Обмануть её с датой: какая потрясающая наглость! От возмущения всё ещё клокотало в горле. Благо, Нил не подвёл и раскололся, что выезд от бара будет через час: сообщение разбудило её ещё до рассвета. Сьюзен кусала губы от злости. Обманул! Кого? Её!
Знал, чувствовал, точно так же, как чувствовала она эту надвигающуюся лавину. И решил уйти именно так: катясь по улочкам Мидлтауна, Сью буквально неоновыми надписями видела его грядущие сообщения.
«Ах, мы, наверное, заглянем ещё и в Нью-Хэмпшир».
«Прости, но в июне уже не вернёмся».
«Знаешь, нас пригласили на фестиваль в августе».
Нашёл идиотку. Вся его вина, вся замороженность, всё это просто попытки вернуть ей старую жизнь. Глупые, глупые, отвратительные по своей сути, потому что нет давно никакой старой жизни и нет старой Сью. Есть решительная девчонка в маминой кожаной куртке, которая неслась с первыми лучами солнца, чтобы только успеть сказать ему, какое он лживое дерьмо. Стучал на заднем сиденье синтезатор и брошена сумка, в которую скидала всё, что только попалось под горячую руку.
Наконец, нижний город и знакомый до боли проулок. В фургон уже таскали барабаны с логотипом и стойки, и Сью резко затормозила, вынуждая «Неудачников» вскинуть головы. Поймала его ошеломлённый взгляд через лобовое стекло. Так и хотелось треснуть по его лицу за то, что вновь всё решил без неё. Решил за них двоих.
Злость кипела в венах, и Сью вывалилась из машины, оглушительно хлопнув дверцей. Кей вздрогнул на то, с какой решительностью она неслась к нему навстречу в явном желании придушить.
— Что ты тут дел…
— Ах, даже не знаю! Не спалось в шесть утра, мимо проезжаю, и тут смотрю — кто-то явно хочет свалить, не попрощавшись! — задыхаясь своей обидой, Сью сорвалась — горло предательски высоко дрогнуло: — За что ты так со мной…