— Давай сначала. Что за мразь убила мою жену, хочет добраться до дочери, и явно не хочет остаться с головой на плечах.
— Его зовут Джо Баттерс, — Кей едва сдерживал улыбку этому воинственному тону. Такой настрой ему нравился куда больше нытья. — Он почти всю жизнь работает на большой наркокартель в Эл Эй. Ребята сотрудничают и с мафией, и с правительством — связи там охрененные, так что доказать виновность Баттерса законным путём дело дохлое. Он дал мне два дня, чтобы я собрал триста тонн, которые когда-то остался ему должен, или придёт за Сью. Но думаю, ты согласен со мной, что давать бабло этой твари никто не будет. В итоге, я прошу от тебя одного: утром двадцать четвёртого на пороге этого дома должна быть пара крепких охранников, которые не дадут причинить вред Сью. Сможешь устроить?
— И они должны скрутить Баттерса, если он появится? — Аарон скептично нахмурился. — Не думаю, что ублюдок будет так глупить. Нет, охрану я найму, это бесспорно. Но всё же он должен заплатить за Дэйзи, и я плевать хотел, законно или нет. Он отнял у меня то, что уже никак не вернуть. Говоришь, крупный картель? Я слышал только о бизнесе некого Смита — хотя это может быть нарицательным обозначением для подпольных дел.
— Это он. Все крупные сделки по наркоте в Калифорнии принято приписывать его клану. Баттерс — одна из его шавок, — Кей удивлённо поднял брови. Он не думал, что Глоуз может быть в курсе таких вещей, но видимо, тут играла большую роль преемственность его бизнеса, наследуемого поколениями. Связи иногда значат куда больше масштабов и денег.
Аарон заметно приободрился, даже лицо из серого стало чуть более наполненным жизнью. Одним махом допив чай, он резво вскочил и кинулся налить себе ещё, едва не подпрыгивая и сбивчиво объясняя:
— Это много меняет! У меня есть знакомства… Да, я ими не очень горжусь, но они, кхм, имеются. Так вот, некоторые мои партнёры крутят капиталы у Смита. Я мог бы повлиять на них, мог бы договориться, чтобы мне организовали встречу с боссом той мрази. Как думаешь, Кейд: если босс решит от него избавиться, Баттерс получит своё?
У Кея в буквальном смысле отлегло от задницы — такой удачи он и ждать не смел. Конечно, всегда проще не стрелять тявкающую шавку, а попросить хозяина дёрнуть поводок.
— Это было бы отлично, Аарон. Если ты и правда, сможешь договориться с самим Смитом, кем бы он ни был, и тот отдаст приказ — Джо закатают в асфальт и без нашей помощи. Боюсь только, тебе это влетит в серьёзную сумму или в обязанность оказывать услуги картелю.
— Я готов хоть душу дьяволу продать, если убийца Дэйзи сдохнет, — Аарон скрипнул зубами, но затем тяжело вздохнул: — Правда, мне придётся лететь в Эл Эй лично, такие дела по телефону не решаются. Если взять билет на вечерний рейс из Нью-Йорка, я должен успеть всё уладить за два дня. Если не успею — для Сьюзи приедут ребята из охранной фирмы. Мне нужна только гарантия, что до двадцать четвёртого она будет в безопасности, — он вопросительно поднял бровь, и Кей поспешил его заверить:
— Даю слово. Глаз с неё не спущу после твоего отъезда.
— С кого ты там не спустишь глаз, а? — словно почуяв, о ком идёт речь, в кухню зашла Сьюзен, сонно позёвывая с кулачком у рта. Она уже успела умыться и переодеться в розовый махровый халат, так что из всех присутствующих казалась самой свежей и выспавшейся: — Доброе утро. Пап, как ты?
Аарон улыбнулся ей и поднял повыше чашку с чаем в своей руке:
— Отлично. Сейчас допью и в душ. Ужасно голодный!
Сьюзен торопливо поймала взгляд Кейда, как бы спрашивая, нормально ли это. И только когда тот закатил глаза, отвечая нечто вроде «сама посмотри: он же бодрячок», позволила облегчению мурашками разлиться по телу. Папа вдобавок озабоченно посмотрел на её скулу, с некоторым смущением пробормотав:
— Эту… царапину можно убрать. Милая, если хочешь, я сегодня же позвоню в клинику в Нью-Йорке, там всё сделают буквально за пару дней, никаких шрамов. Тебе не обязательно носить это на лице.
Сью несколько раз моргнула: глаза предательски защипало. Её отец снова тут. Заботливый и небезразличный, и безумно важно, что он заметил её проблему сам. Но она уже настолько привыкла к отражению, что с каждым новым утром бледнеющая выпуклая полоска на коже её беспокоила всё меньше. Напротив, она — напоминание. Не о чёртовом дне, а о том, что всегда нужно оставаться сильной. Если Кей не посчитал шрам уродливым, то и она не собиралась причислять его к таковым. А на мнение кого-либо ещё ей было наплевать.