Ричард улыбнулся.
— Ты бы видела, с каким удовольствием она перебирала спицами... Ну, а как у тебя дела?
Вместо Лиззи ответила Мэг:
— Она расскажет, как ее дела, в гостиной, а я пока принесу чаю, — он уже полчаса как вскипел. А почему вы задержались, мистер Ричард?
— Дело в том, Мэг, что на ближайший автобус я опоздал, поэтому мне пришлось прогуляться от Фуллеровского перекрестка.
— О, понимаю! Тогда горячий чай — это как раз то, что надо! Я сейчас все организую.
Выйдя из кухни, Ричард спросил:
— А где Джефф?
— Он поехал в Дурхем купить кое-что. Должен уже вот-вот вернуться.
В гостиной они некоторое время молчали и, глядя друг на друга, ощущали некоторую неловкость.
Первой заговорила Лиззи.
— Твой глаз... Врачи проделали замечательную работу! И с губой стало гораздо лучше!
Ричард пожал плечами.
— Не знаю, как насчет «замечательно», но, признаюсь, стало действительно немного лучше.
— Немного?! Да что ты, Ричард! Отлично! А тебе... было очень больно?
— Ты знаешь, нет, не очень. В этот раз, во всяком случае. Вот когда делали пересадку кожи, тогда было намного больнее.
Лиззи опустила глаза.
— Ричард, я никогда не спрашивала... У тебя еще есть ранения, кроме этих?
Он помолчал, а потом небрежным тоном бросил:
— Да, задело чуть-чуть, — он показал рукой, — вот здесь, у пояса.
— Твои родители, наверное, рады, что ты... легко отделался?
— Да, похоже на то. Правда, врачи говорят, что вряд ли смогут еще что-то улучшить. Вот только нижнюю губу, может быть... А кожа такой и останется, ну разве слегка обветреет со временем.
— Ну, знаешь, и сейчас не очень заметно!
Ричард грустно улыбнулся.
— Лиззи, ты врешь очень мило.
— Ничего я не вру! — ее голос зазвенел.
— Ладно, ладно, прости, ты просто очень добра ко мне... Да что это мы все про меня! Расскажи о себе.
— Я нормально, вот только стала немного уставать в последнее время... Срок, знаешь ли...
— Я должен тебя вот о чем спросить... Мать настаивала, хотя я сказал, что это глупо... В общем, она спрашивает, не хочешь ли ты приехать к нам на время родов?
У Лиззи болезненно сжалось сердце.
— О Ричард! Я ей так благодарна! При других обстоятельствах это была бы очень неплохая идея, но Джефф... «Вот он, тот самый момент!» — подумала Лиззи и продолжила: — Он все спланировал, организовал... Переделал маленькую спальню под детскую и даже притащил с чердака свою кроватку, Берта хранила ее там все эти годы, представляешь? И он все покрасил, наклеил обои, ну, в общем, он молодец...
— А как его рука?
— Знаешь, уже намного лучше. Это просто удивительно, он вообще сомневался, что она будет действовать.
Своим следующим вопросом Ричард избавил ее от необходимости искать какие-то слова, поставив все разом на свои места:
— Ты собираешься выйти за него замуж, Лиззи?
Прямота и откровенность вопроса застали ее врасплох. Она растерянно заморгала, но ее спасла Мэг, вошедшая в гостиную с большим подносом.
— Что, Лиззи, разрежем рождественский пирог? — спросила она.
— О, нет, Мэг, — шутливо замахал руками Ричард, — на меня, пожалуйста, не рассчитывай, моим зубам сладкое противопоказано. Вот булочки — это с удовольствием!
Мэг поставила поднос на стол и налила всем чай.
— Джон только что пришел, но он решил перекусить на кухне, ему снова надо уходить. Он боится, что эти мошенники опять утащат куропаток. Я ему говорю, оставь их в покое, ну что тебе эта пара-другая дичи? Ведь сезон на них был открыт до начала декабря, кто будет считать, сколько их осталось?
Л он улыбнулся, представляете, и говорит: «Наверное, этих куропаток таскают ребята из лагеря, как их, рекруты!» — Она взглянула на Ричарда. — Сами знаете, как там, в этом лагере... И что, они должны следить за охотничьим календарем? Или, может, какая-нибудь птичка сама им скажет: «Кыш, ребята, сегодня второе декабря, чур, меня не трогать».
— Ну, Мэг, с тобой не поспоришь... — развел руками Ричард.
— А вот с утками дело стало хуже, — продолжила меж тем Мэг. — Эти чертовы фермеры понаделали везде загородок, заборов... Ну, изредка некоторые птички вырываются на волю, и я нахожу там или сям случайное яичко... — Она наклонилась к Ричарду и заговорщицким тоном прошептала: — Я как-нибудь разозлюсь и порву всю эту проволоку.
— Давай, Мэг, — прошептал в ответ Ричард. — Только когда пойдешь на дело, сначала позвони мне, я приду и помогу, я знаю толк в ночных операциях!
— Обязательно, мистер Ричард, обещаю вам! — прыснула от смеха Мэг, выходя из гостиной.
Ричард впился глазами в лицо Лиззи.
— Ты не ответила...
Мысли Лиззи опять заметались. «Господи, — думала она, — ну что стоит просто сказать «да». Ее замешательство заставило Ричарда повторить свой вопрос:
— Ты собираешься выйти замуж за Джеффа?
— Я... не знаю. Думаю, что да...
Рука Ричарда дрогнула, когда он опустил на стол чашку.
— Это было бы разумно, я полагаю, — сухо заметил он.
— К тому же пора подумать о ребенке, — сказала Лиззи и смущенно добавила: — Тогда у него... будет фамилия...
— Лиззи! — во взгляде Ричарда читался укор, он заговорил, с трудом подбирая слова: — Не надо выходить замуж только ради фамилии. Сейчас... на это смотрят совсем по-другому, я имею в виду формальности... Если ты любишь его, тогда другое дело. Я знаю, что ты еще долго будешь вспоминать Эндрю, но впереди у тебя целая жизнь, Лиззи, пожалуйста, пойми меня... Я говорю тебе как друг, которому ты... ну, скажем, совсем не безразлична... Посмотри на меня! — Когда Лиззи подняла глаза, он сказал: — Обещай мне, что ты не выйдешь замуж без любви.
Лиззи долго медлила с ответом.
— Хорошо, Ричард, я обещаю... — наконец произнесла она.
Его следующие слова удивили Лиззи, потому что точь-в-точь совпадали с ее недавними мыслями:
— Мы оба, Лиззи, должны понимать, что, если ты выйдешь замуж, многое изменится. Большинство мужей, особенно с таким характером, как у Джеффа, не одобрили бы нашей дружбы. Ты, верно, уже думала об этом, а Джефф и подавно...
— О Ричард, — глаза Лиззи наполнились слезами.
— Не надо, Лиззи, не расстраивайся! Лучше посмотри фактам в лицо. Мы можем мечтать, фантазировать, но когда речь идет о реальной жизни, все мечты разбиваются вдребезги... Пожалуйста, Лиззи, не плачь! Я не хотел тебя обидеть, ты же знаешь. Я просто подумал, что надо сказать все честно, без всяких там недомолвок.
Лиззи вдруг подалась вперед и порывисто обняла Ричарда, глотая слезы.
— Прости, Ричард, мне очень жаль!..
Он с нежностью погладил ее по волосам.
— Ну что ты, Лиззи, о чем тут жалеть?
В этот момент дверь в гостиную распахнулась, и в комнату вошел Джефф. Лиззи подняла голову и с испугом уставилась на него. Потом она попыталась высвободиться из объятий Ричарда, но он сам отпустил ее и поднялся с дивана. Глядя на хмурое лицо Джеффа, Ричард спокойно сказал:
— Лиззи очень расстроена. Мы говорили об Эндрю...
Пробормотав «извините...», Лиззи поспешно выбежала из комнаты.
Двое мужчин молча смотрели друг на друга.
Джефф нарушил молчание первым. Его голос напоминал глухое рычание:
— Я собираюсь жениться на ней!..
— Я это уже понял.
Тон этого парня взбесил Джеффа. Джефф как будто чувствовал себя капралом, стоящим перед своим командиром. Слова буквально застряли у него в горле.
Тем временем Ричард взял со стола чашку и, допив чай, поставил ее на место.
— Я, пожалуй, пойду. А то еще опоздаю на автобус. Всего доброго! — С этими словами он вышел из комнаты: прямая спина, твердые шаги, солдат всегда остается солдатом...
Джефф сжал зубы. Этот парень никогда ему не нравился. Одно только имя раздражало его. «Капитан Ричард Боунфорд!» Джефф подозревал, что если бы этому Ричарду больше повезло с лицом, то Лиззи, вероятно... Впрочем, с этим вопросом все уже ясно. Пройдет Рождество, Джефф выложит Лиззи все как есть, и, как только ребенок родится, они поженятся. А, собственно, зачем ждать, пока он родится? Если они поженятся прямо сейчас, тогда вообще не будет никаких затруднений. Да и стоит ли ждать Рождества? Хотя, если сейчас подойти к Лиззи с этим делом, может получиться ерунда, она действительно расстроилась, это видно. Решено, он сделает ей предложение накануне Нового года. И тогда на следующий день они смогут начать новую жизнь.