Глава 24
Разговор с Улановой продлился до поздней ночи. Евдокия Федоровна слушала внимательно, ни разу не перебив Софью, только лишь иногда качала головой. Смотря, как светятся глаза молодой княжны, она тяжело вздыхала.
Закончив свой рассказ Сонечка замолчала, опустив глаза в пол. Страшно было посмотреть на эту строгую женщину, что сидела сейчас напротив и увидеть осуждение.
- Ох, и натворила ты дел, девонька. – Тихо произнесла княгиня. – Как выбираться из этого думаешь?
Сонечка лишь плечами пожала, грустно улыбнувшись.
- Не знаю , Евдокия Федоровна, - печально ответила княжна. – Знаю только одно- мне без него не жить.
- Не знаю, милая, не знаю. – Покачала головой Уланова. – Ты и без меня знаешь, что женат твой князь. Что с этим делать будешь? В полюбовницы пойдёшь?
Сонечка поежилась. Никогда не думала, что ей предстоит раздумывать над такой постыдной мыслью. Все в душе противилось этому. Воспитание не позволяло упасть так низко, но сердце разрывалось от желания быть рядом с любимым.
- Молчишь? – Строго посмотрела княгиня. – Мне бы сказать тебе «очнись девонька», только ведь и сама молодой была. Да не смотри так на меня, - махнула рукой Уланова. - Что ж мне с тобой делать горемычная…
Соня со страхом посмотрела на свою собеседницу. Сейчас все было в её руках. Вся её жизнь была у Улановой как на ладони. Может зря она доверилась ей? Но назад пути уже не было. Упасть на колени, умолять? Софья знала, что этим не пронять престарелую матрону.
- Вот что, Софья, - после некоторого молчания вдруг заговорила княгиня. – Наведаюсь- ка я к твоему князю. Уж больно дюже мне узнать о его чувствах.
- А теперь спать ложись, - поднялась тяжело с кресла Уланова. – Хватит уже с тебя беготни на сегодня.
Сонечка осталась одна. Чувства с новой силой нахлынули на неё. Все, что пережила за сегодняшний день, будто заново ожило в ней. Как быть дальше Софья не знала. И как бы не велико было её воспитание, что впитывалось в неё с молоком матери, княжна понимала, что была уже близка к той черте, переступив которую назад дороги не будет.
***
Крытый экипаж остановился у парадных дверей Вяземских. Уланова, в тёмном платье простого кроя и с густой вуалью на лице, поднялась по массивным ступеням.
- Милейший, проводи-ка меня к барину. – Тоном не терпящим возражений сказала она удивленному слуге.
- Так Андрей Павлович не принимает. Болен он. – Буркнул лакей, зыркнув недовольно на нежданную гостью.
- Меня примет, будь уверен. – Властно сказала Уланова, отстраняя оторопевшего слугу в сторону. Княгиня медленно направилась в сторону гостиной.
Войдя в полутемную комнату, Евдокия Федоровна остановилась, давая время глазам привыкнуть к полумраку. Андрея она увидела практически сразу.
Бледный и изможденный, он напоминал собой скорее мраморную статую нежели живого человека. Княгиня сочувственно вздохнула. Тем временем князь, почувствовав чье-то присутствие, приоткрыл глаза.
- Сударыня, - хрипло произнёс он. – Чем обязан?
- Уланова Евдокия Федоровна, - представилась княгиня, приближаясь к постели больного. – Княжна Милорадова моя племянница, сударь.
Андрей удивлённо выдохнул, чем вызвал приступ боли в груди. Застонав, он прикрыл глаза, стараясь справиться с неприятным ощущениями.
- Что-то с Софьей Николаевной?- в волнении произнёс Вяземский, чувствуя, что боль слегка отступила.
- Если не считать практически загубленной репутации, то ничего страшного. – Ответила Уланова в свойственной ей манере. – Вы должны понимать, что после столь громкой дуэли вас в лучшем случае ожидает ссылка. Что в этом случае вы сможете предложить княжне? В качестве вашей любовницы последовать за вами?
- Больше всего на свете я хотел бы видеть Софью Николаевну счастливой. – Переведя дыхание начал Андрей. – Я никогда не смог бы предложить ей столь постыдную роль.
- Но ничего более вы ей предложить не можете. – Присаживаясь на край сделала заключение княгиня. – Не забывайте, князь, что вы женаты.
- Я не хотел бы распространяться о своих планах заранее, но думаю вы сумеете сохранить пока все в тайне, - Вяземский дрожащей рукой попытался вытереть испарину на лбу. – Я намерен добиваться развода с Натальей Алексеевной.
- Вы думаете государь пойдёт вам навстречу после такого скандала? – Сочувственно покачала головой Уланова. – Вот что, дорогой князь, - продолжила она, поднимаясь на ноги. – Пока вы решаете свои проблемы, я увезу Софью Николаевну подальше от Москвы. Не за чем марать её имя. А как только ваши дела решаться положительно – милости просим.
И не дожидаясь ответа Уланова направилась к двери. Странный шорох по ту сторону створок заставил её остановиться на секунду, отвлекая от тяжёлых дум. Торопливые шаги, раздавшиеся в тишине холла, не оставили сомнений в том, что кто-то подслушивал разговор.
****
Натали забежала в свою комнату, плотно закрыв за собою дверь. С трудом переведя дыхание, она развязала ленты шляпки и нервно кинула её на кровать. То что она сейчас услышала в собственной гостиной полностью лишило ее самообладания. Вот значит каковы на нее планы мужа. Как хорошо, что она не уехала в поместье, а решила дать себе несколько дней на раздумье. Словно предчувствуя что-то, Натали провела это время на постоялом дворе. Мысли, что терзали ее, менялись с каждой минутой, доставляя своей хозяйке истинное мучение. Княгиня Вяземская не находила себе места от злости, что испытывала на мужа, решившего сослать ее подальше до обиды на бывшего любовника, что так откровенно пренебрег ею. День и ночь она металась по небольшой комнатке, ища выход из сложившейся ситуации. Натали совершенно не хотела уезжать из Москвы. Привыкшая к светской жизни, насыщенной и бурлящей, она не знала чем займет себя в поместье.
Находясь в очередной раз в нервном волнении, княгиня спустилась вниз отобедать. Постоялый двор, словно улей, гудел и жил своей жизнью. Какого же было удивление Натали, когда за одним из столиков она увидела свою давнюю знакомую княгиню Горчакову. Ольга Александровна скучающим взглядом обводила большую комнату, лениво ковыряясь вилкой в тарелке. Вдруг глаза ее остановились на лице Вяземской и через долю секунды в них загорелся огонек узнавания. Она радостно помахала Натали, приглашая ту за свой стол.
- Милая, вот уж не ожидала тебя здесь встретить, - щебетала Ольга, с любопытством разглядывая хмурое лицо подруги.
- Решила наведаться в поместье. - С неохотой отвечала Натали. - Да карета в дороге сломалась. Теперь жду когда починят.
Зная натуру Горчаковой, говорить правду Вяземская не собиралась. Достаточно и того, что Ольга увидела ее здесь одну, без сопровождения мужа.
- Однако, Натали, ты жестокая женщина. - Засмеялась Ольга Александровна, грозя пальчиком Наташе. - Муж чуть ли не при смерти, а ты решилась на путешествие.
- Что ты имеешь в виду? - побледнела Вяземская. - Что с Андреем?
Горчакова удивленно заморгала, вглядываясь в лицо подруги.
- Милая, не стоит скрывать. - хитро улыбнулась она. - Вся Москва уже знает о дуэли между твоим мужем и Глинским.
Натали с трудом вспоминала чем окончился тот разговор. Лишь два известия врезались в ее сердце: "Андрей серьезно ранен", "Сергей убит". В тот же день Вяземская велела гнать коней назад, домой. Запыленный экипаж остановился перед домом, когда в распахнутые двери особняка заходила женщина в темном. Натали спрыгнула со ступенек, не дожидаясь помощи слуги, и кинулась следом за неизвестной визитершей. Что ее гнало, она и сама не знала, но замерев у дверей гостиной, Наташа поняла, что чутье ее не обмануло.
Теперь Вяземская знала имя своей соперницы. И уж коли случилось так, что Сергей ушел из ее жизни навсегда, она должна сделать все, чтобы не лишиться последнего, что имела. А это значило, что надо было убрать со своего пути молодую княжну. Натали вздохнула, чувствуя, как кровь забурлила в жилах. Искушенной в интригах, ей не составит труда разлучить эту девицу с Андреем.