- Поцелуйте меня. - и устыдившись собственной дерзости, прикрыла глаза.
Этот тихий просящий шёпот лишил Андрея последнего самообладания. Забрав бокал из дрожащих рук княжны, Вяземский поставил его на столик. Он медленно повернулся к ней, всматриваясь в ее румяное лицо, понимая, что не сможет противиться ее просьбе. Легко дотронувшись до ее щеки кончиками пальцев, он коснулся легким поцелуем ее трепещущих ресниц. Софья слегка вздрогнула, потянувшись всем телом к Андрею на встречу. И вот уже его уста накрыли ее полуоткрытые губы. Жаром опалило лицо и она тихонько выдохнула, отдаваясь нахлынувшим чувствам. Андрей же, словно изголодавшийся в дороге путник, страстно целовал ее, стараясь испить до дна всю ее сладость. Кружилась голова и путались мысли. Сонечка совсем потерялась во времени и пространстве, лишь безумное желание пульсировало в каждой клеточке тела, требуя разрядки. Андрей покрывал поцелуями ее уста, глаза, щеки, спускаясь к стройной шее. Он чувствовал, как трепещет она под его руками, и это лишало последних остатков здравого смысла. В какой-то миг, собрав всю свою волю в кулак, Вяземский попытался остановиться, но Софья лишь плотнее прижалась к нему, умоляя не останавливаться.
Соня парила в небесах от незнакомых ощущений, что накрыли ее с головой. Ослабевшие ноги подогнулись и Софья опустилась на мягкую шкуру, увлекая за собой князя. Они стояли на коленях, прижавшись в плотную, смотря в глаза друг другу.
- Я хочу быть твоей. - Сорвался вздох с опухших Сониных уст.
- Господи, милая, что ты делаешь со мной. - застонал Андрей, не находя в себе сил оттолкнуть ее.
Он нежно повернул ее к себе спиной, борясь непослушными пальцами с многочисленными крючками. Расстегнув их, Андрей запустил ладони под ткань, коснувшись хрупких плеч и медленно освободил их от этой преграды. Так же легко он вызволил из плена ее точеные руки, опустив шуршащую ткань к поясу. Софья замерла, погружаясь в сладкие ощущения. Ее природная скромность боролась с просыпающимся желанием женщины. Она откинулась слегка назад, коснувшись обнаженной спиной его груди, ощущая жар, исходящий от его тела. Как быстро он успел скинуть с себя белоснежную рубашку, что она и не заметила. Вяземский сжигающей его страстью целовал нежную шею, спускаясь к плечам, чувствуя, как Соня вздрагивает от каждого его прикосновения. Не отпуская ее ни на миг, он обхватил руками ее тонкую талию, прижимая к себе еще сильнее, провел ими вверх и остановился возле налитых страстью грудей. Замерев на секунду, чтобы дать Соне время привыкнуть к новым ощущениям, Андрей провел по их вершинам дрожащими пальцами, накрывая затем полностью своими ладонями. Сонечка застонала, выгибаясь на встречу его рукам. Она и представить не могла на сколько приятно может быть единение мужчины и женщины. Все, что она урывками слышала раньше, было настолько поверхностным и неопределенным, что Софья на подсознательном уровне боялась этого момента.
- Милая, - хрипло произнес Андрей. - Мы еще можем остановиться.
- Нет, нет. - Испуганно возразила Сонечка, поворачиваясь в его руках и встречаясь с его горящим взглядом. - Умоляю, продолжай.
Вяземский улыбнулся той детской непосредственности, что прозвучала в ее голосе. Он притянул княжну к себе, впиваясь в ее губы страстным поцелуем. Эмоции и чувства, словно водоворот, нахлынули вдруг на Сонечку. Ради этого можно было и умереть. Андрей помог ей встать, освобождая от остатков платья. Будто нимфа она предстала перед ним, обнаженная, словно выточенная умелой рукой скульптора. Андрей завороженно смотрел на Соню, пытаясь запомнить каждый изгиб ее тела, упиваясь той красотой, что дарила она ему.
Нежно, словно хрустальную вазу, он опустил ее снова на белоснежную шкуру, любуясь отсветами пламени на ее белоснежной коже. Дыхание срывалось, а сердце казалось готово было выскочить из груди. Еле сдерживая желание, Вяземский легко провел рукой вдоль ее тела, задержавшись на стройных ногах в кружевных чулочках. Она выгибалась ему навстречу, прикусывая губы, стараясь сдержать рвущиеся стоны наслаждения. "Пожалуйста!" - шептала Соня, сама смутно понимая чего просит. Тело требовало разрядки и она
инстинктивно искала выход. Не в силах больше терпеть, Андрей наклонился над ней, с тревогой вглядываясь в ее глаза.
- Сонечка, милая, прости меня, но я больше не могу. - прижимаясь к ее лбу своим прошептал Вяземский.
- За что ты просишь прощение, Андрей? - удивилась Софья. - Все очень восхитительно!
- Я причиню тебе сейчас боль. - застонал князь, впервые в жизни мучаясь при этом угрызениями совести. - Я не хочу, но такова природа.
И он вошел в нее, заставляя глаза ее округлиться от боли, что обожгла вдруг все внутри. В какой то миг Соня дернулась, пытаясь вырваться, а потом замерла, чувствуя как отступают неприятные ощущения, а что-то небывало приятное накрывает теплой волной.
Спустя пол часа Сонечка слабо пошевелилась в обнимающих ее руках. Андрей повернул к ней голову, встречаясь с ее смущённым взглядом и алеющими щеками.
- Спасибо. - тихо прошептал он, целуя ее в макушку. - Ты сделала меня самым счастливым человеком.
- Я могу сказать все то же самое. - Ласково ответила Сонечка. - Я буду ждать тебя, Андрей. - уже серьезно продолжила она. - Сколько бы не потребовалось на это времени.
Тепло, словно бальзам, пролилось в его израненную душу при этих словах. Он крепко обнял Софью, вдыхая аромат ее волос и глупо улыбаясь при этом. Князь Вяземский был безумно счастлив!
Чуть позже, уже находясь в своей комнате, Софья упала на колени перед образами, вымаливая у Господа прощение за прошедшую ночь. Она молила, чтобы Бог был милостив к ним, позволив однажды соединиться вместе. И самые горячие молитвы она возносила, чтоб уберег ее любимого от всего плохого, что неминуемо ждет его в ссылке.