Вот он и закончился – отдых! Но уж не было на этот раз ни дрожащих коленей, ни потеющих ладоней. Лишь тугая тетива, готовая лопнуть!..
Упряжки вновь выстраивались в линию, готовясь идти на помощь левому крылу. Теперь рядом с ними, у колёс, встали по два воина-тратáра, приученных сражаться рядом с колесницами и против колесниц. Без доспехов и шлемов были они, лишь с копьями и щитами, с парой дротиков – лёгких, чуть длиннее стрел – и булавою или же топором, выточенными из камня. Да ещё вооружённые псари присоединились к отряду. У каждого на поводке – огромный волкодав с широким ошейником для защиты горла.
И вот двинулись упряжки лёгкой рысью. Бегом подле них припустили псари и тратары. Впереди видно уж было, как кипит поле боя, как кишит оно спешившимися и конными, мечущимися среди обломков повозок и освободившихся от двуколок жеребцов.
А позади ревели рога и грохотали барабаны, призывая пешую рать на битву с пехотою царя Дханванрата!
Всё ближе, ближе враг. Вот уж различить можно в облаках пыли эдэнские колесницы, что налетели на левое крыло княжеского войска; по двое, по трое атакуют благородных воинов Бахусарит!
Запели сигнальные рога командиров. Укололи коней стрекала, стегнули плети, и рванулись свирепые жеребцы галопом! Ринулись в бой спущенные с поводков псы! Скрипнули луки, дугой изогнувшись!
И, птицами хищными, стрелы с тетив прянули!..
Неожиданным было нападение! Не ждали эдэнцы, что есть резерв у князя! Подставили бок атакующим бигам! Словно колосья, побитые нежданным ливнем, пали на землю под градом стрел!
И пронеслись биги над ними!
– Держись! – закричал Ракшитар, ужасаясь не возможному падению, а тому, что по человеческому телу придётся проехать!
И тут дрогнула колесница, подпрыгнула в воздух – и грянула окровавленными колёсами оземь. Спружинило под ногами плетёное из ремней дно, удержались воины, схватившись руками за перила. Боевая повозка, славно сработанная мастерами Джаракотаха, выдержала удар – не сломалось её дышло, не лопнула ось, не отвалилось колесо!
Ракшитар направил бигу на вражескую упряжку, что, медленно набирая ход, пыталась уйти из-под обстрела. Тремя меткими выстрелами сразил Дурхард возницу и лучника, и на них, павших на землю, но живых ещё, набросились псы!
Повёл княжич коней навстречу новому врагу.
И вот он – нашёлся сразу! Вождь в пернатом шлеме, в дорогой кирасе каламитской работы, украшенной золотой чеканкой. Штандарт вздымался на платформе его двуколки – орёл с распахнутыми крыльями.
Богато и ладно было оружие благородного, крепка броня – да не настолько, чтобы спасти от ярости могучего лука, калёной на огне стрелы и кованого жала! Вскинул колесничий руки, роняя лук – и опрокинулся назад без единого возгласа!
А тут уж и тратары подоспели, коней остановили и возницу вытащили из кузова – и пропороли копьями, как охотники – загнанного вепря!
…Там, за спиною Ракшитара, погоняющего жеребцов, угасали страшные крики его!..
Двое спешившихся, бьющихся мечами, выросли из облака пыли, и княжич не мог уж свернуть, сшиб кого-то конями; своего, чужого ли – не понять!..
Двуколка вылетела наперерез, преследуемая другой… Едва разминулись!..
Навстречу, с левой стороны, неслась эдэнская колесница с одним лишь воином. Шлем с обломками перьев на нём открывал молодое лицо с курчавой тёмно-русой бородой и обезумевшими от ужаса глазами! Ракшитар сразу понял – промчится очень близко! Не сцепиться бы колёсами!.. И тут же на глаз определил расстояние – нет, пронесёт! И ещё подумал, что Дурхард вряд ли станет стрелять с такого близкого расстояния; кроме того, колесничий явно стремился выйти из боя – стоит ли тратить на него стрелу?
Дурхард и впрямь не стал прибегать к луку. Он мгновенно выхватил меч и нанёс удар… Короткий хряск и знакомый уже звук падения чего-то тяжёлого и мягкого, сопровождаемый глухим лязгом брони.
Ещё один человек улепётывал по правую сторону от биги, настигаемый ею. Был он без шлема и в грязном льняном панцире – явно не колесничий. Один из вражеских тратаров, скорее всего. Он мчался так, что сверкали поистёртые подошвы старых сапог. Без оружия бежал, и не разбирая дороги, не видя, и не слыша, наверное, кто позади него, а кто сбоку. Видно, рассудка лишился от страха – лишь бы бежать, лишь бы покинуть жуткую пашню, где кости в землю сеют и орошают кровью!