– Господи-Иисусе! – схватился Арсений за голову. – Прорвались! Видать крепко им Лиска нужна, коли ради девчонки решились поссориться с домовыми! Надо бы голбешников расспросить, отряд требовать бросить в погоню, и…
– Времени нет! У тебя машина как, на ходу? Сами едем! – схватил его за куртку Олег. Арсений опешил:
– В Кроду? На ночь глядя, да в лапы к чародеям, которых всё Поднебесье боится? Девушку жалко конечно, но не уж то она тебе так дорога?
Вопрос заставил Олега задуматься. Ведь кто была ему Лиска? Знакомы-то всего пару дней, простая девчонка без отца и без матери. Мало ли сирот теперь бродит по миру? Не родная она ему и не дочь, и даже не внучка. Всегда на жалость давила, врала про себя, не стыдясь, и его подставляла. А Олегу нужно в Китеж – очень нужно, чтобы правду узнать, перестать бесконечно бояться! Весь остаток жизни он положил на поиски той самой правды, и ведь почти докопался до корня! И вот, на последнем шагу, он мог сгинуть в Кроде...
Рука Олега метнулась к груди и нащупала в кармане пластиковые осколки. Он снова вспомнил голубые глаза и то самое чувство, что когда-то цвело в его сердце. Если вокруг столько бед, что не выдержать, с губ срывается самая верная истина:
– Арсений, прошу тебя, умоляю, поехали! Никто мне здесь не поможет, лишь ты! – схватил шофёра за куртку скиталец. Чем больше зла Олег видел, тем крепче становилось добро в его сердце. Арсений только миг сомневался, но, видя решимость Олега, наконец-то кивнул:
– Хорошо, погнали! В кабине за сидением автомат с двумя рожками – в Китеже выдали, когда поняли, что серебро не я крал. Поехали, спасём твою Лиску!
*************
– Дяденьки, отпустите меня! Не трогайте! – закричала девчонка, как только кляп вытащили у неё изо рта. Двери внедорожника заперты наглухо, в тёмные окна бьёт ливень. Черная машина мчалась по скользкой дороге.
– Не реви, не отвертишься! – схватил копчёный её тонкие руки и попытался придавить Лиску к сидению телом, попутно задирая рубашку и стаскивая с неё залатанные штаны. Но тут с переднего места прогудел властный голос:
– Темноврат, до города не трогай её. Сначала Нерву покажем, а там он решит – настоящая она или нет.
Колдун на заднем сидении провёл дрожащей ладонью по Лискиному лицу:
– Он же загубит её, как остальных. Я ведь мечтал о Навьей девке всю жизнь, Черномир, ты же знаешь!..
– Если загубит – значит доля такая, – равнодушно ответил ему начальник. Рядом глухо засмеялся водитель в расшитой рубахе. Обернувшись назад, старший окудник выглянул за спинку кресла. На Темноврата уставились два злых, подведённые тушью глаза. – Но, если девка полезная и до Нерва целой не доберётся – он тебе кровь вскипятит прямо в жилах. Всё понял?
Темноврат с досадой выпустил Лиску из рук. Она тут же забилась в самый угол салона, обхватила свою рыжую голову и крепко зажмурилась:
– Всё хорошо у меня, хорошо! Всё хорошо у меня! Хорошо, хорошо, хорошо, хорошо!..
Глава 6 Дым Кроды
– Ну и спятил же ты, Олег! – повторял Арсений, пока старался удержать машину на раскисшей от грязи дороге. Внедорожник подбрасывало на каждом ухабе, двигатель выл и в любую минуту мог с концами заглохнуть.
– Давай, Арсений, ведь сможем мы их догнать! – рычал скиталец, пытаясь хоть что-нибудь рассмотреть через прорези в бронеставнях.
– Да не сможем! По такой-то дороге и в темени нам точно не улыбнётся! Обороты мотору добавь, так сразу встанешь! И куда я только сунулся?! На полпути к родной общине мог быть!
Арсений со злобой хлопнул по баранке руля:
– Китеж остался южнее, а Крода на западне – от всех городов на отшибе. Туда по своей воле не ездят! Возле угля всего две тысячи человек обитает. Сама земля в тех местах огнём и дымом отравлена – знаешь об этом?
– Знаю...
Олег знал, почему своей общине кроды дали название погребальных костров. Старая угольная шахта горела со времен Тёплого Лета. Но дым, копоть и опасность провалиться под землю колдунов не пугали. Вокруг шахты остались бессчётные запасы топлива. Сама земля исходила теплом, да так сильно, что зарой в иных местах кусок мяса, так он насквозь пропечётся. Пожар горел восемьдесят Зим подряд и ещё мог гореть столько же, но мало кто хотел жить на чёрных землях. Сама природа сторонилась проклятых мест. Деревья в округе почернели и высохли, превратились в угольные изваяния. Звери обходили подземный пожар стороной и, чтобы охотиться, кроды уезжали подальше от своей шахты.