— Павел, — начала я, но он уже перебил меня.
— Нет, Лера, просто подумай об этом— произнес он, и в его голосе слышалась настойчивость.
Я закусила губу. Это была сложная ситуация, и мне действительно нужно было время, чтобы разобраться в своих чувствах. Я не могла позволить эмоциям захлестнуть меня.
— Хорошо, я подумаю, — произнесла я, но в этот момент ощущение замешательства переросло в необходимость оградить себя от давления.
Я почувствовала, как внутри меня что-то оборвалось. Обещание подумать было лишь способом выиграть время, чтобы сбежать из этой неловкой ситуации. Мне нужно было разобраться в себе, понять, кому я могу доверять, а кому нет. Слова Павла звучали убедительно, но его внезапное появление и настойчивые предупреждения вызывали лишь больше вопросов.
— Мне действительно пора, — повторила я, на этот раз более уверенно. — У меня важные дела.
Я решительно обошла Павла и направилась к автобусной остановке. Он не стал меня останавливать, лишь смотрел вслед с каким-то странным выражением в глазах. Я чувствовала его взгляд на себе, но не обернулась. Каждый шаг отдалял меня от него, от этой странной встречи и от вороха новых сомнений.
Вопросы роились в голове, не давая мне покоя. Я понимала, что мне нужно быть осторожной и внимательной. Доверять, но проверять. И главное — слушать свое сердце, которое, к сожалению, в этот момент было настроено на хаотичную какофонию чувств.
Глава 16
Павел
Когда Лера резко повернулась и ушла, в груди у меня стало пусто. Я смотрел ей вслед, будто стараясь выцарапать из воздуха хоть одну каплю её теплоты, пока она не растворилась в тени автобусной остановки. Я всё ещё чувствовал её смятение, её вопрос «доказать» снова крутился у меня в голове.
Мой внутренний диалог прервал знакомый голос:
— Павел!
Я обернулся. Артём Ковалёв с непривычным для себя выражением лица. Его уверенность, от которой порой шли мурашки по коже, сегодня смешивалась с чем-то еще — тревогой, что ли?
— Что тебе нужно? — поинтересовался я, не было никакого желания начинать с ним диалог.
— Как грубо Павлик, — произнес он, прищурившись. — Что наша студентка дала отворот поворот? — мужчина с интересом наблюдал за моей реакцией.
Я почувствовал, как меня охватывает гнев. Он явно переходит границы. Специально провоцирует гадёныш, думает что у него все схвачено. Ну посмотрим.
— Тебя это волновать не должно— произнёс я, стараясь сохранять спокойствие — а тебе, я посмотрю, нравится больше студентам сопли подтирать чем заниматься бизнесом?
Он шагнул ближе, почти встал вплотную. Его глаза сузились, и в них промелькнула опасная искра.
— Бизнес, Павлик, сам себя не сделает, знаешь ли, особенно мой — прошипел он, понизив голос. — А вот за языком следить стоит.
Я сжал кулаки, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Артём всегда умел выводить людей из себя, надавливая на самые больные точки. Его слова жалили, как ядовитые насекомые, отравляя каждый вдох. Но сейчас я не собирался поддаваться на провокацию. Слишком много было поставлено на карту.
— Не тебе меня учить, что и как делать, — процедил я сквозь зубы, стараясь не повышать голос. — За своими делишками лучше присмотри. Говорят, конкуренты не дремлют.
Артём усмехнулся, и эта ухмылка была хуже любого оскорбления. В ней читалось превосходство, уверенность в своей непогрешимости. Он, казалось, наслаждался моей яростью, подпитывался ей.
— Конкуренты? — протянул он, словно пробуя слово на вкус. — Ты правда думаешь, что кто-то способен мне составить конкуренцию? Не смеши меня, Павлик. Я слишком далеко ушёл, чтобы меня можно было остановить. Но ты прав в одном — за своими делами нужно следить. Особенно когда вокруг такие… завистливые люди.
Он бросил на меня презрительный взгляд и, не говоря больше ни слова, развернулся и направился к своей машине, припаркованной неподалёку. Я смотрел ему вслед, ощущая бессильную злобу. Он выиграл этот раунд, но война только начиналась. И я был готов играть по его правилам, даже если это означало запачкать руки.