Приехав в Томск, я первым делом заселилась в гостиницу. Номер оказался уютным и с видом на старинные улочки города.
Вечером, перед сном, я еще раз примерила кружевной комплект. В этот раз смущения было меньше, а вот уверенности в себе – гораздо больше. Я посмотрела на свое отражение в зеркале и улыбнулась. «Будь что будет», – прошептала я, решив, что завтра на конференции я буду блистать не только знаниями, но и своей внутренней уверенностью.
На следующий день
Конференция началась оживленно. В холле царила атмосфера научного азарта, люди обменивались приветствиями и последними новостями. Я старалась держаться уверенно, но сердце предательски колотилось, особенно когда я увидела Артема Валерьевича, оживленно беседующего с коллегами. Он выглядел безупречно в своем строгом костюме тройке, и его взгляд, скользнувший по мне, заставил покраснеть.
С утра я долго не могла определиться с нарядом и все же остановила свой выбор на строгом платье-футляре темно-синего цвета. Оно идеально подчеркивало фигуру, но в то же время сохраняло необходимую деловую строгость. Дополнив образ классическими лодочками и сдержанными украшениями, я почувствовала себя готовой к любым вызовам.
Мой доклад был назначен на вторую половину дня. Время тянулось мучительно медленно, я то и дело перечитывала свои записи, стараясь не поддаться волнению. Наконец, настал мой черед. Поднявшись на сцену, я почувствовала, как все взгляды устремились на меня. Сделав глубокий вдох, начала говорить.
К моему удивлению, волнение быстро ушло, уступив место уверенности и увлеченности темой. Я рассказывала о своих исследованиях, отвечала на вопросы аудитории и чувствовала, как мои знания и энтузиазм находят отклик. После доклада ко мне подошел Артем:
— Привет, ты прекрасно справилась — его улыбка тронула.
—Спасибо, это наша общая заслуга — смущенно улыбнулась.
— Не скромничай, — мужчина слегка наклонился ко мне и прошептал низким, почти тихим голосом. — Я знал, что у тебя все получится, но ты превзошла все мои ожидания….Выглядишь великолепно — мужчина окинул взглядом мое платье.
Его слова заставили меня покраснеть. Я не знала, что ответить, просто стояла и смотрела в его глубокие, пронзительные глаза. В них я видела восхищение и… что-то еще, что заставляло мое сердце биться чаще.
Неловкую паузу прервал один из участников конференции, подошедший поздравить меня с успешным выступлением:
— Добрый день, Валерия, ваше выступление было просто блестящим! – проговорил мужчина, протягивая руку. – Я Петр Николаевич, профессор из Новосибирска.
— Добрый день, Петр Николаевич — я приветственно улыбнулась и ответила на рукопожатие — очень рада что мой доклад вызвал у вас интерес.
Мужчины тоже обменялись приветствиями и рукопожатиями. Артем Валерьевич отошел в сторону, но то, с каким хмурым выражением он сканировал мужчину рядом со мной, заставляло сердце биться быстрее.
Я чувствовала на себе его взгляд, и невольно напряглась. Разговор с профессором оказался на удивление интересным. Петр Николаевич оказался не только знатоком моей темы, но и приятным собеседником с отличным чувством юмора. Время пролетело незаметно, и вскоре он извинился, сославшись на необходимость подготовиться к своему выступлению.
Оставшись одна, я почувствовала, как взгляд Артема Валерьевича снова обратился ко мне. В этот раз в нем читалось нечто, похожее на ревность, и это не могло не льстить. Он медленно подошел ко мне, и я заметила, как напряглись его скулы.
— У тебя, я вижу, появился новый поклонник, — произнес он с легкой иронией в голосе. — Профессор из Новосибирска — весьма достойный выбор.
— Петр Николаевич просто проявил интерес к моей работе, — ответила я, стараясь сохранять нейтральный тон. — Ничего более.
Артем Валерьевич усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень сомнения.
— Разумеется, — произнес он, словно не до конца поверив моим словам. — Просто интерес к работе. Как же иначе. — Он сделал шаг ближе, сокращая расстояние между нами, и мой пульс невольно участился.
Я почувствовала легкое головокружение от его близости. В воздухе витало напряжение, и терпкий мужской аромат, словно сотканный из ноток сандала и табака, окутал меня, лишая остатков самообладания.
— Валерия, — прошептал он, его голос звучал приглушенно и обволакивающе. Он замолчал, словно подбирая нужные слова, и пристально посмотрел мне в глаза.