Мысли роились в голове, словно пчелы в улье. Я чувствовала, как во мне нарастает беспокойство. Интуиция подсказывала, что за этой случайной встречей и внезапным появлением Артема в университете скрывается нечто большее. Нужно было разобраться, что происходит, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля.
— Слушай, Аля, мне нужно бежать, — сказала я, стараясь придать голосу непринужденность. — У меня важная встреча. Увидимся на паре завтра.
Глава 9
Начиналась новая пара по экономике. Студенты потихоньку собирались в аудитории, занимая свободные места. Аля сидела рядом и что-то рисовала в тетради, не переставая болтать с нашей одногруппницей Наташей, бурно обсуждая нового преподавателя, собственно этим занимались все девочки с потока. Многие собрали досье не хуже ФСБ на Ковалева и каждая делилась тем что нашла.
Внезапно дверь аудитории отворилась, и на пороге появился он. Высокий, статный мужчина с пронзительным взглядом, от которого по коже пробежали мурашки. На нем был элегантный костюм, подчеркивающий его безупречную фигуру. В руках он держал кожаный портфель, из которого торчал конспект лекций. Все разговоры вмиг стихли, и аудитория погрузилась в тишину, нарушаемую лишь тихим шепотом.
Аля толкнула локтем меня в бок и прошептала:
— Скажи же он красавчик!
Я лишь закатила глаза в ответ, но не могла не согласится с подругой. В мужчине было что-то такое, что притягивало внимание, от него фонило внутренней силой и харизмой.
Он прошел к кафедре, поставил портфель и окинул взглядом аудиторию. Наши глаза встретились. В его взгляде читалось что-то, чего я не могла понять. Вызов? Предупреждение? Или просто интерес? Мужчина ухмыльнулся.
—Добрый день, студенты, меня зовут Артем Валерьевич Ковалев, и теперь я буду вести у вас курс лекций по экономике.
Его голос был низким, с приятной хрипотцой, и эхом прокатился по аудитории.
Я попыталась отвлечься, глядя на доску, но ощущение его взгляда не покидало. Ковалёв начал говорить, его голос был проникновенным и уверенным.
Мужчина начал рассказывать о себе, о своем опыте работы в сфере экономики, о своих научных интересах. Говорил четко, уверенно, каждое слово было наполнено смыслом. Он рассказывал о том, как журналисты могут влиять на экономические решения и как важно понимать основы финансов для успешной работы в мире медиа. Но я не могла сосредоточиться на его словах. Вместо этого мой разум ускользал к тому моменту, когда я встретила Павла, а затем — их недавнюю встречу с Артемом Валерьевичем, который теперь стоял перед огромной аудиторией с дерзким видом и рассказывал нам о важности экономики.
— Теперь, — продолжал Ковалёв, — я призываю вас думать о том, как ваша работа может изменить многое в бизнесе. Я хотел бы поделиться с вами некоторыми кейсами, которые могут быть для вас полезными, и для этого мне нужно, чтобы вы подумали о своей роли в этом процессе.
Если наш новый лектор думал, что его уверенная поза и властный тон подавят атмосферу в аудитории, он сильно ошибался. Студенты начали перешептываться, обсуждая не только тему лекции, но и самого Артёма Валерьевича. И больший интерес явно был не в пользу экономики.
— Вы можете задавать вопросы, — сказал Артем Валерьевич, прекращая нарастающий шепот. Это был не просто стандартный ход лектора; в его голосе прозвучала нотка вызова, как будто он хотел, чтобы кто-то выступил против него.
Я почувствовала, как Аля больно пихнула локтем в бок, я ойкнула, привлекая внимание преподавателя.
Взгляды всех присутствующих устремились на меня. Лицо Ковалёва исказила еле заметная усмешка. Он словно ждал этого момента, предвкушая некую игру. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Хотелось провалиться сквозь землю.
—Я вас слушаю— устремив свой взгляд на меня произнес Артем Валерьевич.
Кинув злой взгляд на Алю, на что подруга невинно улыбнулась в ответ и пытаясь собрать все свои мысли и знания, которые были получены на всех курсах и лекциях произнесла:
— Да, вы говорите о важности понимания экономики, — начала я. — Но как быть там, где финансовые интересы сталкиваются с этическими? Например, если ваша компания получает прибыль от коррупционного скандала, как именно журналист может этого избежать?