— Есть одна вещь, о которой я не говорила раньше… Потому что боялась.
Я напряглась.
— Что за вещь?
Изабелла провела пальцами по краю чашки, явно колеблясь.
— Как-то раз… Я видела кое-что странное, это происходило возле того же бара.
Я пристально посмотрела на неё.
— Что именно?
Она нервно сглотнула.
— Я была примерно два месяца назад в этом баре. И когда я вышла из бара, чтобы покурить… Я услышала, как кто-то спорил у парковки. Голоса были приглушёнными, но один из них… Я его узнала.
— Чей голос?
Изабелла опустила взгляд.
— Лоренцо.
Моё сердце замерло.
— Вы уверены?
— Да. Он говорил с каким-то мужчиной… Но я не видела его лица. Они стояли в тени, и я слышала только отрывки.
Я наклонилась ближе.
— Что вы слышали?
Изабелла покачала головой.
— Я не поняла всего разговора. Но этот человек угрожал Лоренцо. Он говорил что-то вроде: «Ты знаешь, что должен делать» и «Если облажаешься, тебе конец».
— А Лоренцо? Он что-то отвечал?
— Да. Но… его голос был странный. Он сказал «Я понял», но… он звучал так, будто его заставляют.
Мурашки побежали по моей коже.
— После этого что-то случилось?
Изабелла на мгновение замялась.
— Да. Этот мужчина… Он ударил Лоренцо. Я не видела, но слышала глухой удар. А потом… Лоренцо застонал. Через несколько секунд этот человек развернулся и ушёл.
Я всё ещё пыталась осмыслить услышанное.
— Вы можете описать этого мужчину?
Изабелла нервно покачала головой.
— Нет. Всё было слишком быстро. Когда он уходил, я услышала, как кто-то из его людей, назвал его и по имени, но я не расслышала его.
Я затаила дыхание. Она сжала руки в замок.
— Что-то похожее на Ферро… Филиппо, я честно, не услышала. — вспоминала Изабелла.
— Изабелла, вы понимаете, насколько это важно?
Она кивнула, опустив голову.
— Я знаю.
Я прикусила губу, пытаясь собраться с мыслями. Это меняло всё.
Если Лоренцо заставили что-то сделать… Если ему угрожали… То он мог быть не просто невиновным. Он мог быть жертвой.
Я нахмурилась, смотря на Изабеллу, она нервно теребила руками.
— Вы боитесь?
Изабелла чуть заметно кивнула.
— За мной могут следить, Джулия. И предполагаю, что слежка ещё и за вами. Но то, что я выступила как свидетель, на меня сразу вышли серьезные люди с угрозами и я уверена, что за мной следят пристальнее, чем за вами. Если я скажу в суде, что видела, это может поставить меня под угрозу.
Я молчала, осознавая, что её опасения вполне обоснованы.
— Но вы всё равно решили рассказать мне?
— Потому что хочу, чтобы правда всплыла, но не ценой своей жизни.
Я глубоко вдохнула, обдумывая всё, что услышала.
— Значит, на суде не говорите об этом ни слова. И вообще никому больше не рассказывайте.
Изабелла медленно покачала головой.
— Знаете только вы и я. Я могу подтвердить свои предыдущие показания, но ничего больше.
Я кивнула, принимая её решение.
— Тогда сделаем так: выйдем из кафе с разницей в несколько минут. Если за вами действительно следят, не стоит привлекать внимание к нашей встрече.
Она благодарно посмотрела на меня.
— Спасибо, Джулия.
Я расплатилась за кофе, сделала вид, что спокойно пролистываю телефон, затем встала и направилась к выходу. Изабелла осталась сидеть.
Через десять минут я уже ехала в следственный изолятор.
***
— Итак, — начала я, садясь напротив Лоренцо. — Завтра суд.
Он усмехнулся.
— Разве? Не знал.
Я закатила глаза.
— Давай без сарказма. Мы должны обсудить, что может быть завтра.
Лоренцо откинулся на спинку стула, сложив руки на груди.
— Думаешь, это поможет?
— Да, — твёрдо сказала я.
Он смотрел на меня, затем наклонился чуть ближе, опираясь локтями на стол.
— Ты так стараешься, Джулия… Это трогательно.
Я поморщилась.
— Я просто делаю свою работу.
— Конечно, — усмехнулся он. — Но скажи честно: ты всегда так переживаешь за подзащитных? Или я особенный?
Я бросила на него раздражённый взгляд.
— Лоренцо…
— Что? — он чуть склонил голову набок. — Я просто интересуюсь.
Я проигнорировала его тон.
— Завтра Изабелла должна снова выступить в суде. Она подтвердит, что видела тебя той ночью, но больше ничего нового. — я не стала вдаваться в подробности и говорить о нашей с ней встрече. Он кивнул, явно обдумывая мои слова.
— Значит, мы остаёмся с тем, что есть.
— Пока да.
Лоренцо смотрел на меня несколько секунд, а потом вдруг тихо сказал: