Мы продолжали разговор, и Марко подробно описывал обстоятельства ареста, улики и подозрительные моменты, которые ему казались неправдоподобными.
Я продолжала записывать всё в блокнот, стараясь не упустить ни одной детали, зная, что каждая мелочь может оказаться ключевой в этом запутанном деле.
Когда разговор подошёл к концу, Марко произнёс последние слова, которые звучали одновременно как вызов и просьба о доверии:
— Джулия, ты лучшая. Если не ты, то кто сможет спасти Лоренцо?
— Спасибо, Марко, я постараюсь сделать всё, что в моих силах.
Я повесила трубку и села, обдумывая услышанное. Мой ум работал на полную мощность: анализировал факты, сопоставлял их с собственным опытом, пытался понять, где кроется истина. И всё это время в моей голове крутилась мысль, что от принятого решения теперь многое зависит.
В этот момент я взглянула на окно и увидела, как утренний свет постепенно наполняет город, отражаясь в стеклянных фасадах небоскрёбов. Каждый новый луч казался знаком, предвещающим перемены, которые уже не заставят себя ждать.
Глава 2
Первые шаги по длинному, слабо освещённому коридору следственного изолятора отдавались гулким эхом. Стены, выкрашенные в тускло-серый цвет, пахли смесью сырости, пота и дешёвого дезинфицирующего средства. Я уже бывала в подобных местах, но каждый раз они давили на психику, словно специально напоминая о том, насколько тонка грань между свободой и клеткой.
Охранник, высокий мужчина с холодным взглядом, шёл впереди, не оборачиваясь. Его тяжёлые ботинки глухо стучали по бетонному полу. Я следовала за ним, стараясь сохранять невозмутимый вид.
— Заключённый в комнате для допросов, — сухо бросил он, остановившись перед массивной металлической дверью с маленьким окошком. — Десять минут.
Я кивнула, не удостоив его ответом. Глубокий вдох. Спокойствие. Я уже привыкла к таким встречам, но почему-то сейчас чувствовала, как внутри скребёт лёгкое волнение.
Охранник отпер дверь, и я вошла. Комната для допросов была небольшой и такой же безликой, как и весь изолятор: серые стены, металлический стол, два стула. Единственное, что выделялось, — это фигура мужчины, сидящего за столом.
Лоренцо Верди.
Он не поднял головы, когда я вошла. Его руки были сцеплены в замок на столе, а взгляд был устремлён куда-то в пустоту.
Первое, что бросилось в глаза, — это то, насколько он не выглядел сломленным. Большинство людей в таких обстоятельствах обычно выглядели потерянными, подавленными, испуганными. Но он был другим.
Чуть растрёпанные тёмные волосы, короткая щетина на лице, тёмные глаза, которые, когда он наконец посмотрел на меня, вспыхнули недоверчивым интересом. Челюсть напряжена, губы сжаты в тонкую линию — в нём читалась настороженность, но никак не страх.
— Адвокат? — произнёс он, лениво откидываясь на спинку стула.
Его голос был низким, немного хриплым, как у человека, который либо не выспался, либо слишком много курил. Впрочем, учитывая обстоятельства, оба варианта могли быть правдой.
— Джулия Лорен, — я подошла к столу, достала из сумки блокнот и ручку, села напротив него. — Ваш друг Марко попросил меня заняться вашим делом.
— Марко, значит, — он усмехнулся, но в этой усмешке было больше горечи, чем радости. — Зачем?
Я вскинула бровь:
— Как зачем? Чтобы доказать вашу невиновность.
Лоренцо чуть склонил голову набок, разглядывая меня, словно пытаясь разобраться, стоит ли мне доверять.
— Ты правда веришь в эту хрень? — спокойно спросил он.
— В какую именно? — уточнила я, сохраняя нейтральное выражение лица.
— В то, что у закона есть справедливость.
Я выдержала его взгляд.
— Я верю в то, что моя работа — разоблачать ложь и искать истину.
Он коротко хмыкнул.
— Звучит красиво. Только вот тут, адвокат, тебя ждёт разочарование. В этой истории нет правды, только то, что выгодно тем, кто стоит наверху.
Я внимательно изучала его. Каждое слово, каждый жест говорил мне, что он не просто скептически относится к правосудию — он глубоко убеждён, что система прогнила насквозь. Я уже сталкивалась с такими людьми: они видели слишком много грязи и давно перестали верить, что закон может работать в их пользу.
— Думаете, я просто пешка в чьей-то игре? — уточнила я, опираясь локтями на стол.
Лоренцо посмотрел на меня с лёгким прищуром.
— Думаю, ты либо наивная, либо уверенная в себе до безрассудства.
Я усмехнулась.
— Знаете, я слышала о себе и похуже.
— Не сомневаюсь.