— А твои родители?
Лоренцо напрягся, будто этот вопрос был для него сложнее.
— Отец был жёстким. Считал, что сила — это всё. Брат был его гордостью, потому что всегда делал то, что он хотел. А я… — он усмехнулся, но без радости. — Я слишком много вопросов задавал.
— Каких вопросов?
Он откинулся на спинку дивана, устало глядя в потолок.
— Почему мы должны делать то, что делаем, почему нельзя уйти, почему нельзя быть… другим.
— Ты всегда хотел уйти?
Лоренцо кивнул, но как-то медленно, будто нехотя.
— Да. Но просто так из этой семьи не уходят.
— Что ты имеешь в виду?
Он сжал губы, а потом заговорил ровным, но каким-то пустым голосом:
— Я ушёл не сам. Меня выгнали.
Я нахмурилась.
— Почему?
— Когда я отказался делать то, что должен был, отец сказал, что у него больше нет младшего сына.
— И ты больше не общался с братом?
— Нет. — В его голосе не было злости, только какая-то странная пустота. — После того, как он стал важной фигурой, он перестал видеть во мне семью. Или, может, боялся, что если будет поддерживать связь, я попаду в неприятности. Я не знаю.
— А если бы он пришёл к тебе тогда? Если бы сказал, что не хочет быть частью семьи? Ты бы его принял?
Лоренцо грустно усмехнулся.
— Да.
Я опустила взгляд, поджав губы.
— Тебе его не хватает?
Он не сразу ответил.
— Я до сих пор иногда думаю, что мог бы сказать ему в тот вечер на пляже что-то... Может, тогда он бы выбрал другую жизнь.
Я молча кивнула.
— А твоя мать?
— Она ушла, когда мне было десять.
— Ты её не искал?
Лоренцо горько улыбнулся.
— А зачем? Она сама ушла. Значит, у неё были причины.
Я почувствовала, как в груди кольнуло что-то неприятное. Как он мог говорить об этом так… спокойно? Или это была не спокойствие, а давно выученная маска? Я хотела что-то сказать, но замолчала. Лоренцо посмотрел на меня, его взгляд чуть смягчился.
— А ты? Твои родители вместе?
Я чуть улыбнулась.
— Да.
Лоренцо грустно улыбнулся и замолчал, будто думая, какой вопрос мне задать, но видимо не придумал.
После долгой паузы Лоренцо немного приглушил свет в комнате, затем обернулся ко мне и спросил, как бы невзначай:
— Не хочешь что-нибудь посмотреть?
Я помялась, не зная, что ответить. Часть меня действительно хотела остаться, но другая подсказывала, что пора домой.
— Вообще, уже вечереет… — начала я, опуская взгляд на часы. — Мне, наверное, пора…
Лоренцо внимательно посмотрел на меня, словно что-то изучая.
— Джулия, не отказывайся.
Я приподняла бровь, слегка смутившись от его тона.
— В каком смысле?
— В том смысле, что тебе правда нужно отвлечься. — Он подавался чуть вперед, словно не собирался отпускать меня без убедительного ответа. — Ты сейчас вернёшься домой и опять будешь думать о деле. Разве я не прав?
Я не смогла ничего возразить — он был прав.
— Так что давай, говори, какие фильмы тебе нравятся, — с улыбкой добавил он. Я всё же согласилась:
— Ладно… Мне нравятся драмы, детективы… ещё иногда психологические триллеры.
— О, значит, никаких романтических комедий? — Лоренцо лукаво усмехнулся. Я поджала губы, пожав плечами.
— Иногда могу посмотреть, но точно не в числе любимых.
Лоренцо нахмурился, как будто размышляя, а потом, кивнув, начал искать подходящий фильм. Спустя пару минут он остановился на одном из детективов и включил его.
Я сделала поглубже вдох, устраиваясь на диване удобнее.
— Уверен, что он тебе понравится, — сказал он, бросив на меня короткий взгляд перед тем, как сосредоточиться на экране. Я кивнула и погрузилась в фильм. Сюжет был захватывающим, но с каждой минутой мои веки тяжелели всё больше. Возможно, усталость давала о себе знать, а может, спокойствие в этой квартире расслабляло сильнее, чем я ожидала.
В какой-то момент я не заметила, как мои глаза закрылись. Последнее, что я успела осознать — это приглушенный свет экрана и тихий голос Лоренцо, что-то бормочущий в сторону фильма, а затем — темнота и сон.
Глава 22
Я проснулась от какого-то внутреннего толчка, словно мой организм сам решил, что мне пора открывать глаза. В комнате было темно, лишь мягкий свет с улицы пробивался сквозь шторы, очерчивая силуэты предметов. Я лежала на диване, укрытая пледом, а под головой оказалась подушка, которой раньше здесь не было. На секунду я замерла, ощущая приятное тепло заботы, и не смогла сдержать улыбку.
Я слегка приподняла голову, осматриваясь, и заметила Лоренцо. Он спал, сидя в кресле, его голова чуть склонилась набок, а руки были сложены на груди. Он выглядел таким спокойным, что я на секунду задержала дыхание. Это было так странно… видеть его без напряжения на лице, без холодного взгляда, который он обычно носил, как щит.