- Спасибо, - сухо ответил Мэнли. -- Мы ценим ваше доверие.
Блейр заметил, что Фарнсуорт стукнула его по лодыжке. Эйзен, похоже, не обратил на это внимания.
Он поставил кружку с кофе на трибуну, стоявшую позади него.
- Я воспользовался затишьем, чтобы послать личное сообщение адмиралу Ричардсу.
Блейр кивнул, вспоминая, что во время войны у Ричардса была репутация непревзойденного криптографа и специалиста по сигналам. Именно он первым засек килратские суперносители и вовремя предупредил всех, чтобы успеть наладить хоть какую-то оборону. Блейр не слышал, что Ричардс вернулся в Пограничные Миры. В какой-то мере он был даже рад. Никакой компьютер не был безопасным, и никакая сеть не была защищена от прослушивания, когда за дело брались Ричардс и его электронные пираты.
- В любом случае, - сказал Эйзен, - Ричардс переслал мне файлы и несколько несложных криптографических программ. Они не были сильно навороченными, но их вполне хватило, чтобы взломать защиту "Лексингтона" и читать все сообщения. Мы засекли триста сообщений с Земли, из штаб-квартиры Флота, закодированных четырьмя разными способами. Люди Сизера использовали коды, намного превосходящие те, которые использовались во Флоте. Если помните, это вроде бы была исследовательская группа, тем не менее они принимали тактические сигналы.
В конце концов я стал для Ричардса кем-то вроде детектива — копировал закодированные сообщения, собирал информацию о заданиях и сравнивал их с передвижениями Флота. Мы обнаружили корреляцию -- перед тем, как происходил очередной "кризис", количество сообщений увеличивалось. Это меня серьезно обеспокоило.
Эйзен вытер лоб.
- Я уже был готов переслать все это Ричардсу, когда меня освободили от командования. -- Он грустно покачал головой. -- Первое, что сделал Паульсон -- отключил мои коды доступа, лишив возможности передать мою информацию. Мне пришлось принести ее сюда буквально в руках -- то есть дезертировать.
Ричардс обговорил все с Домингесом, который знал меня в лицо. -- Эйзен кивнул в сторону Сосы. -- Также он прислал сюда лейтенанта с портативным компьютером, наполненным криптографическими программами. -- Он поднял голову. -- Думаю, ей не повезло, что корабль был поврежден и потерял всю систему связи. Она в основном занималась тем, что приводила связь хоть в какой-то порядок.
Соса подняла руку.
- У меня было немного времени, чтобы изучить эту информацию, - сказала она; в голосе, как показалось Блейру, звучали извинения. -- Все очень сильно закодировало, много полиэвристики, но коды поддаются раскрытию. Думаю, мне удастся расшифровать все, если будет достаточно времени. Пока я этого не сделала, мы немногое будем знать о том, что действительно происходит.
- Что знать? -- вмешался один из пилотов, сидевших в креслах.
- Все, что нам нужно знать сейчас -- на нас нападают, в то же самое время обвиняя в рейдах, которые мы не совершали.
- Все подробности -- в радиосигналах, - продолжал настаивать Эйзен. – Все, что нам нужно сделать -- найти их. Если мы сможем доказать, что происходит что-то не то, мы можем остановить войну.
- Или начать новую, - пробормотал кто-то.
Блейр заметил, что Эйзен выглядел не слишком уверенным в себе.
- У нас все еще не хватает очень многих доказательств. Но я знаю, что Пограничными Мирами и Конфедерацией манипулируют, заставляя вступить в войну, которую проиграют и те, и другие. -- Он показал на Сосу. -- Надеюсь, что эти записи помогут определить, кто же стоит за всем этим. -- Эйзен перевел взгляд на Мэнли. -- Вы довольны, полковник?
Мэнли оглядел комнату, ища поддержки и не находя ее.
- Без сомнения, вы самый квалифицированный из всех нас, капитан, - проговорил он. -- Надеюсь, вы возглавите нас до тех пор, пока адмирал Ричардс не пришлет замену.
Эйзен пристально посмотрел на Мэнли.
- Думаю, мой первый приказ будет таким: отступить и вплотную заняться ремонтом "Интрепида".
- Мы убегаем? -- спросил кто-то из пилотов.
Блейр почувствовал, как злится стоящий рядом с ним Маньяк. Маршалл мог быть иконоборцем, но ему определенно не слишком нравилось, когда другие не соблюдали субординацию.
- Нет, - ответил Эйзен, предпочитая отвечать на вопросы, а не прятаться за своим рангом. Блейр понял, что сама натура флота Пограничных Миров позволяла задавать куда более неудобные вопросы, чем в Конфедерации. Эйзен, похоже, тоже это понимал. Он решил отвечать на вопросы, от которых, будучи на "Лексингтоне", мог легко отмахнуться. -- Мы не протянем долго в боевом режиме на одной трети мощности. Нужно починить по крайней мере еще один энергоблок и вывести остаточную радиацию из первого двигателя. Это позволит нам продержаться до тех пор, пока мы не доберемся до сухого дока. Есть еще вопросы?