Целитель ощутил, как неведомая могучая сила, начала затягивать и его, и не стал сопротивляться. Сознание покинуло его в тот момент, когда он увидел сердцевину алого вихря.
Глава 16.
На смену тьме и беспамятству, пришло ощущение спокойствия и усталости. Габриель понял, что снова оказался в Абсолюте. Он всегда легко уходил в него, хотя большинству магов требовалась длительная медитация, что бы окунуться в эту реальность.
Окружающую глухую тишину нарушил звенящий звук упавшей капли на водную гладь. Маг поднялся с пола и только сейчас ощутил, что лежал в воде. Сознание снова начало подстраивать окружающую обстановку под привычные образы, понятные сознанию. Несмотря на то, что Габриель научился легко входить в Абсолют, он понимал, что пройдет еще немало перерождений, прежде, чем его воля и сознание созреют для того, что бы осознать это пространство. Осознать его суть. Суть бытия и устройства реальности.
Маг выпрямился и посмотрел в ту сторону, откуда впервые раздался звук упавшей капли – и первое, что успело ухватить его сознание, было необъяснимо. Это было нечто за пределами инстинктов человека, каким бы даром он не был наделен, какие бы способности он в себе не развивал. Это было настолько чуждо сознанию, что оно в первое мгновение никак не смогло интерпретировать представшее перед ним, и маг смог увидеть то, что находилось за пределами его реальности.
Внезапно сзади ему почудился шелест и Габриель обернулся. Теперь его снова окружали миры с сияющими внутри Зернами.
«По собственной воле разделить себя на Зерна. Пока мне это трудно понять. Это, наверно, надо иметь большую волю, что бы разделить свою душу и стать Зерном для миров. Множества миров.
Пока для нас Зерно – это основа мира, а так же нескончаемый и неделимый источник энергии. Энергии Силы Воли, желания дать жизнь и возможность развития другим, любви и необходимости творить. На сколько же мы еще примитивны».
Сделав несколько шагов вперед, маг прошел между несколькими мирами, осторожно дотронувшись до одной из спиралей ладонью, вызвав в месте прикосновения красивые переливы голубого и серебристого. Здесь присутствовала невероятная гармония, чуждая его родному миру и какому-либо другому. Это была гармония Творца, достигшего своего апогея, способного творить единым усилием воли, не прикладывая для этого ни физической силы, ни магической.
Спирали миров вокруг переливались и издавали легкий звенящий звук, но внезапно откуда-то с боку до мага донесся странный скрип, разрушающий царящую вокруг гармонию. Габриель прошел в ту сторону, откуда донеся звук, осторожно шагая по тонкому слою воды. Вскоре он увидел лежащие на гладкой поверхности, частично погруженные в воду осколки символов остова мира. Зерно исчезло, а символы слабо продолжали светиться, растрачивая остатки энергии, которую оно им прежде даровало.
- Не может быть… – ощущая, как внутри что-то оборвалось от осознания произошедшего, произнес маг, упав на колени и дотронувшись до разбитых символов. К его удивлению еще не все души покинули руины убитого мира. Там еще были те, кто цеплялся за жизнь, те, кому был дорог разрушенный по чужой прихоти мир. Магу захотелось закричать от осознания безмолвной жестокой трагедии, произошедшего, но вместо этого он наклонился и позволил легким струйкам собственной силы перетечь в гаснущие символы.
Теперь Габриель знал, что должен делать. Он вернет Зерно, чего бы ему это ни стоило.
Маг ощутил, что по щекам покатились холодные злые слезы, и в следующий миг, Абсолют вытолкнул его в реальный мир.
Возвращение к реальности принесло тугую боль в области затылка, а так же ощущение холода. Габриелю казалось, будто в бок вонзился миллион иголок, которые жалили своими кончиками без перерыва. Боль не отступала, руки и ноги затекли. Когда он, наконец ,смог открыть глаза, но уткнулся взглядом в грязный проломленный потолок. Чуть правее того места, где лежал он, красовалась обширная дыра, через которую было видно ясное голубое небо с медленно ползущими по нему белыми перистыми облаками.
Кое-как поднявшись, маг потер затылок, и повертел головой, пытаясь унять головную боль.