Оба переглянулись. Надежду в голосе Кеменера можно было резать, как масло ножом и из-за этого было вдвойне сложнее отказать.
- Надеюсь, вы правы в своих надеждах, - нехотя ответил Женя, глядя на сцепленные напряженные кисти рук мага.
- В конце концов, лучше один раз попробовать, чем потом сожалеть о том, что могли что-то сделать и не сделали, – пожал плечами Габриель.- Но я не думаю, что только при помощи двух магов можно отразить такую серьезную угрозу.
- Конечно же! – тут же расцвела Кларисса, - все не так плохо, как описал Кеменер. У нас, конечно же, есть, хоть и немного магов Разрушения, Иллюзии, Трансформации, Созидания способных противостоять натиску. Так же есть люди обладающие силой Воина, Тени, Судьи и многие другие. Но мы вынуждены собирать сейчас все, что можем противопоставить, поскольку опасность слишком велика. А такие мощные артефакты, мы уверены, могут сыграть свою немаловажную роль. Тем более, указывает на необходимость этого решения тот факт, что Таир-ин-Амос писал об этом и маги создали эти вещи именно для наших дней.
Габриель бросил беглый взгляд на мужчину. В его взгляде читалось не скрываемое сомнение.
- Вы не поймите, нас не верно, - снова заговорил Женя, глядя в такие же глубокие голубые глаза Кеменера, как и Кира, - мы испытываем сомнения не потому что не хотим помочь. Мы отлично осознаем всю серьезность ситуации и поэтому не хотим, что бы вы переоценивали наши способности и возлагали на нас пустые надежды.
- Я вас понимаю, но выбора нет. У вас – есть, но не у нас. Я вынужден попробовать все возможные варианты, - искренне ответил Кеменер, обводя взглядом обоих путешественников.
- Тогда вам нужно будет нас обучить и подготовить, - сдавшись, вздохнул Женя.
Глава 18.
Никогда и ничто не остается постоянным. Все меняется.
Шел второй час ночи, а Лена никак не могла уснуть. Произошедшие перемены заставляли задуматься и не давали забыться сном. С приходом Вадина её жизнь резко изменилась – сначала она ощутила в себе желание и решимость менять окружающий мир, а затем у неё появилась сила. Вадин указал ей, как найти скрытую в ней мощь. И это была не магическая сила, с которой в последнее время все так носятся и превозносят тех, кто ею обладает, а нечто другое. Бездна боли, разбитых надежд и ненависти. Именно оттуда она черпала свою силу.
Женщина повернула голову на бок и посмотрела на спящего с ней в кровати Игоря. Мужчина очень тяжело переносил смерть близких и в последнее время ей начинало казаться, что он не вынесет этого и сломается. Но пока еще было рано судить. Жизнь научила её не делать поспешных выводов.
Как можно тише поднявшись с кровати и набросив шелковый халат, Елена вышла в коридор, прикрыв за собой дверь, и направилась на кухню, что бы выпить воды.
Стоя у окна на кухне и заплетая косу, блондинка продолжала думать о произошедшем. Она осознавала, что все страдания, которые переживал мужчина сейчас, пришли в его жизнь из-за неё. Но, как и любой человек, женщина не хотела ощущать себя виноватой. И постепенно любое сомнение в собственной вине и неправоте растворилось в сонме мыслей о том, что она заслуживает счастья ничуть не меньше, чем окружающие её люди. Ей и так постоянно раньше не везло – первый муж оказался безвольным альфонсом не способным ни на что, кроме как тратить заработанные ею деньги. Все последующие мужчины, которые попадались ей на пути, тоже не обладали особо ценными качествами. Но Игорь…
«Или вы в нем не нуждались, а это было простое уязвленное достоинство и гордость?...» - снова прозвучала в голове въедливая мысль, которую она никак не могла отбросить. Включив чайник, женщина села за стол, продолжая обдумывать события последних месяцев. Новое сомнение в собственных чувствах зашевелилось где-то внутри, но тут же возник вопрос – «Зачем она разрушила жизнь человека, если на самом деле его не любит. Ради амбиций, из-за уязвленной гордости?!». К горлу подкатил ком, и Елена почувствовала отвращение к самой себе.
- Моя Госпожа, - прозвучал со спины вкрадчивый голос и женщина резко обернулась. Перед ней стоял Вадин, как всегда внимательно глядя на неё своим пронизывающим взглядом глаз-одуванчиков, - вы довольны результатом?
- Не знаю, - не найдя что ответить, произнесла Елена, потерев в растерянности лоб пальцами, - я не хотела, что бы его жена и дети погибали. Я не хотела жертв.