Вот и сейчас, Габриель смотрел на Воина и чутьем, которым обладал каждый маг, ощущал, что ничего доброго им этот алый рассвет не предвещает.
Хтон смотрел на то, как тени удлиняются в кроваво-красных лучах восходящего солнца, предрекая приближающуюся Смерть. Черные тени быстро ползли по песку, залезая на руины, когда-то великого города. Мужчина поднял глаза к горизонту и увидел, как в стороне от города, где они проходили всего несколько минут назад, зашевелился песок и постепенно из него начала появляться человекообразная фигура. Длинное серое уродливое тело, являющееся жалкой копией человека, которым когда-то возможно было. Масуд вылез на поверхность и, оглядевшись по сторонам, втянул воздух через две дырки служащие ему носом, находящиеся немного выше круглого, утыканного зубами рта. Габриель уже видел живьем эти создания в разрушенном мире, поэтому ничего кроме отвращения его вид у мага не вызвал.
Весь отряд начал тихо отступать вглубь руин, стараясь не производить шума. Но, даже скрывшись за поворотом, никто не ощутил себя в безопасности. По-прежнему не разговаривая и прислушиваясь к малейшему шороху, отряд прошел дальше и вышел на открытое пространство, окруженное полузасыпанными развалинами строений, которое прежде, очевидно, служило площадью. Рассвет тем временем набирал силу, заливая пустыню алым неправдоподобным светом. Остановившись у самого края площади, Хтон приказал остальным тоже остановиться и вгляделся в сторону восходящего солнца.
- Рассвет не должен быть таким… - больше для себя произнес он, вглядываясь в просвет между разрушенными домами.
- Это волна… - выдохнул Габриель, внезапно осознав, что именно меняет цвет восходящего солнца. Несмотря на то, что они успели её заметить, волна накатила с такой силой, что некоторые упали с альраунов, но тут же подскочили на ноги и достали оружие. Песок вокруг, казалось, ожил и забурлил, выпуская из своих недр масудов и множество демонов. Отряд оказался разбит на несколько частей, каждая из которых стремилась прижаться к какой-нибудь каменной поверхности спинами, что бы отражать удары только с одной стороны. Но даже, когда та часть отряда, в которой остался Габриель, смогла найти подходящее, разрушенное здание для обороны, с его крыши на них посыпался град из наступающих со всех сторон масудов.
Сбросив с себя первое оцепенение страха, сковавшее его при виде врагов, маг создал цепь Скальфа и начал наносить удары по всем демонам и темным созданиям, решившим приблизиться. Сражаться с масудами оказалось нелегко, поскольку твари оказались крайне живучи. Даже лишившись конечностей продолжали ползти у цели. Кроме того, в отличие от нежити, масуды и другие напавшие на них демоны обладали довольно развитым разумом, что бы не попадать под некоторые атаки. Он видел, как рядом бьются другие воины, слышал предсмертные вопли и крики боли, слышал рычание и вой, чувствовал запах крови и смерти. Все вокруг сплелось в одну смертоносную огненно-кровавую карусель. Рука начала болеть от постоянно наносимых вокруг ударов, но врагов меньше не становилось. Складывалось впечатление, что они пребывают и пребывают. В какой-то момент, оглядевшись по сторонам, светловолосый маг осознал, что больше половины их отряда лежит замертво. Найдя в толпе все еще сражающегося Хтона, Габриель начал продвигаться к нему. В какой-то момент маг ощутил, как альраун под ним вздрогнул и, захрипев начал падать. Успев спрыгнуть с умирающего животного, чтобы то не придавило его, подросток попал в самую гущу сражения, и едва успел закрыться одним из щитов, которым обучил его Женя, что бы спастись от ударов, посыпавшихся на него со всех сторон. Было необходимо что-то предпринимать, иначе маг рисковал быть разорванным на куски, обступившей вокруг массой демонов. Все еще продолжая прикрываться защитной фигурой, маг сплел из песка посох. масуды отступили и зашипели, образуя вокруг подростка пустое пространство. Несколько тварей попробовали подобраться к нему поближе, протягивая длинные узловатые руки к ногам илли пытаясь сбить шипастыми лысыми розовыми хвостами, но Кирилл без труда отразил эти атаки вновь созданным посохом.
Разрушающее действие Ничто все еще продолжало действовать, поэтому плетение фигур оказывалось намного более сложным занятием, чем в эбычных условиях, но Габриель справился и начал плести заклинание, которое обещало дать ему небольшую передышку и позволить добраться до Хтона.