Хаало обратил внимание, что в какой-то момент, неведомая сила отталкивает от них прежде наступающих масудов, давая место для размаха и создавая безопасное пространство, которое позволяло наносить удары, но при этом с легкостью уклоняться от встречных. Воин оглянулся и увидел мага, читающего заклинание, на ладонях которого сияла изумрудная магическая сфера, питающая, все увеличивающийся в размерах щит. Некоторые особо настойчивые темные создания, предпринимающие попытки проникнуть за светящуюся зеленоватую поверхность, сгорали, разлетаясь пеплом, при попытке проникнуть внутрь. Улыбнувшись, Хаало снова ринулся в бой, пользуясь предоставленной возможностью.
Внезапно масуды и другие нападающие отступили от остановившего свой рост щита и замерли, тяжело дыша, глядя на ощетинившихся за преградой Воинов и Магов, а над пустыней снова разнесся протяжный вой, заставивший дрогнуть даже самые отважные сердца. И тут Хаало увидел причину, по которой они отступили. С северной стороны к ним неслась очередная Волна, меняющая свет восхода на кроваво-красный и заливая все вокруг багровым мрачным сиянием.
- Таир! Быстро с лошади! Немедленно! – закричала он, что было сил, пытаясь перекрыть приближающийся шум, забыв обо всем. Но маг его не услышал.
Когда Женя почувствовал сильный удар, выбивший его из седла, уже было поздно пытаться не упасть или удержать заклинание. Рыжего мага легко выдернуло из седла и с силой приложило о скалу.
Целитель не мог сказать сколько времени провел в забытьи лежа ничком в песке, прежде, чем мир вокруг снова вспыхнул звуками и запахами. Поднять голову, что бы увидеть, что происходит, он не мог, ощущая давящую силу накрывшей их силы. Собрав все оставшиеся силы, и стараясь не обращать внимание на боль во всем теле, Женя оперся о руки и колени и начал подниматься, но нажим сверху только усилился, окончательно вминая его в песок. Повернув голову на бок, Целитель смог увидеть, как уже совсем рядом сражаются остатки их отряда, обступив его и еще нескольких лежащих на земле магов полукольцом, которое постоянно уменьшало свой диаметр.
Наступающих уже тоже осталось немного, но все же их количество превышало численность защитников. Новая попытка подняться не дала никакого результата и Женя почувствовал, как внутри начинает подниматься негодование и обида на то, что все закончится вот так. И он совсем ничего не может сделать.
Решив бороться до конца, маг снова начал читать заклинание щита и смог ослабить давление поля Ничто на спину и подняться на колени. Одного взгляда хватило, что бы понять, что они терпят поражение и всего через минуту все может кончиться. Маг чувствовал запах крови, видел, что одежда тех, кто все еще продолжал сражаться, испещрена багровыми пятнами, но ничего не мог изменить.
«Неужели ничего… так не бывает… я могу…» - Целитель пытался усилить щит, но воздействие поля было на столько сильным, что он едва ли не физически ощущал его давление. Внезапно на смену заклинания щита, в памяти всплыла фигура, которой совсем недавно его научил Кеменер и пару раз оно ему почти удалось, но он сам останавливался не доводя чарование до конца. В моменты использования фигуры ему хватило увиденного, что бы понять, что сущность людей бывает намного сильнее и страшнее их воплощения. С трудом поднявшись на ноги, и опершись спиной о скалу, маг сосредоточился на фигуре, глядя на широкую спину сражающегося пред ним Хаало, выполняя необходимые движения пальцев, вкладывая все оставшиеся силы и главное – надежду.
Целитель даже ослабил щит, чтобы больше сил оставить для воплощения сущности Воина и, наконец, перед закрытыми глазами возник образ Зверя. Нельзя было сказать, что он был страшен. Скорее при взгляде на него в голове возникало определение – «нечто надчеловеческое». То, что он как-то увидел, проникнув в сознание Ауренфеля, будучи Нимерией. Последний слог чарования прозвучал в сознании мага и тело пронзили потоки сконцентрировавшейся вокруг магии.
Мужчина понял, что что-то происходит за его спиной, по реакции масудов, которые отчего-то начали пятиться и прекратили нападение. Воин обернулся назад и увидел светящуюся фигуру мага, поглощенного чарованием. Он не успел произнести ни слова, как внезапно мир вокруг начал меняться – люди, масуды, темные создания стали меньше и начали терять привычные очертания. Хаало ощутил себя на столько свободно и естественно, как, если бы сбросил нечто, что постоянно прежде его ограничивало и стесняло. Постепенно мужчина понял – это не мир менялся, а он.
Женя ощутил распявшую его мощь, протекающую через все тело и забирающую силы. Как бы он ни старался, но никак не мог с ней совладать – в этом и есть опасность применения таких сильных заклинаний – если ты обладаешь необходимым потенциалом, то сможешь его исполнить. Но любое заклинание – не менее живое, чем ты сам и для собственного воплощения не станет жалеть исполнителя, забирая все силы без остатка, а временами и жизнь. Но Целитель решил бороться до конца и направлял ток магической энергии таким образом, что бы та подпитывалась от любых других источников, кроме него. Наконец, весь поток энергии оставил мага, устремившись к Хаало и одним мощным ударом вошел ему в грудь. Воин начал меняться быстро и неуловимо. Всего мгновение назад перед ним стоял человек, а теперь внутренняя сущность человка вырвалась наружу, возвысившись над всеми, сражающимися у скалы.