- Не оставил бы, - согласился Амидал и нанес несколько сильных ударов, один из которых едва не стал для мага последним, но тот все же успел увернуться в последний момент и черная ядовитая слизь, разминулась с ним всего на несколько дюймов. Несколько капель все же попали на кирасу, и та мгновенно задымилась, разъедаемая словно кислотой. Даже сквозь металл мгновенно ощутив жар, маг едва успел скинуть с себя доспех, оставшись только с рубашке и кожаной куртке.
- Вот теперь наши шансы равны, - разведя руками, произнес Амидал, - на мне ведь никакой защиты нет. И еще одно… - Кеменер едва успел отскочить с пути длинного черного щупальца, которое вырвавшись из того же небольшого озера под ногами Амидала, устремилось наружу и спустя секунду растянулось, накрывая двух сражающихся будто маслянистой пленкой-куполом. Шум битвы моментально стих и вокруг все накрыла глухая тишина. Тараф, которому оставалось сделать всего пару шагов, что бы оказаться рядом со своим господином, ударился о, кажущуюся такой тонкой преграду и не сумев её преодолеть, отшатнулся, едва не упав на спину. Купол потемнел, а затем стал абсолютно черным и непроницаемым.
Кеменер оказался в полной темноте и сразу зажег несколько ярких магических огней, которые разорвали в клочья склизкую темноту и он едва успел уйти от очередной атаки.
- Вот теперь мы и сразимся… - прошипел Амидал, распрямляясь во весь свой немалый рост, - я заставлю испытать тебя такую боль, о которой ты прежде даже не подозревал. Я сделаю все, что бы конец твоей жизни был наиболее болезненным, а уж продлить твои страдания я всегда смогу.
И в подтверждении слов Амидала все тело мага пронзила острая боль, будто в плоть вонзилась тысяча острых игл, но Кеменер был готов такому развитию событий и в следующее мгновение вокруг Аль-Таиба сплелись в сложное плетение множество магических символов, которые растворили боль и отразили её в сторону своего создателя. Кеменер тем временем не терял времени и все так же, оплетенный защитными знаками ринулся к давнему врагу, замахиваясь мечом, лезвие которого внезапно охватило пламя. Амидал с неожиданным проворством увернулся от смертельного удара и маг рассек тьму там, где всего секунду назад стоял выходец из Бездны.
Так продолжалось довольно долго, пока неожиданно Кеменер не пропустил очередной удар. Начавший выматываться маг, пропустил сильный удар в бок, внезапно выскочившего из темноты длинного щупальца. Вскрикнув больше от досады, чем от боли, маг упал на землю и, перевернувшись несколько раз, попробовал подняться на ноги, но следующий удар, снова прижал его к холодной влажной земле, покрытой черной слизью, вытекающей из-под Амидала.
- Вот и все, - хлопнув ладоши, произнес темный и проскользил к поверженному, истекающему кровью противнику, отрывая того от земли и поднимая к себе лицом, - и разве стоило сопротивляться. От меня все равно не уйти, - крысиный череп возник прямо перед лицом мужчины, обдавая того зловонием, - я же тут у вас всех… - с этими словами Амидал ткнул длинным острым пальцем в грудь врага, - что бы победить меня, надо превозмочь себя…
Боль была на столько сильной, что маг даже не чувствовал исходящего от темного зловония. Он чувствовал, что из бока сочится кровь, ослабляя и постепенно туманя сознание. Он не мог так умереть, маг решил собрать все оставшиеся силы и ударить по врагу, не смотря на то, что это точно убило бы его самого. Кеменер хотел ответить Амидалу, что тому никогда не одержать верх, но внезапный грохот, ворвавшийся откуда-то снаружи, а затем яркий свет, прорвавшийся через разрывы черного купола, заставили его замолчать. Сильнейший поток магии ударил обоих и Амидал выпустил свою жертву, из-за чего маг снова упал на землю.
Все поле боя озарил яркий ослепляющий свет. Как оказалось исходил свет не от Древнего, а от иного существа, которого прежде жители крепости и Кеменер никогда не видели. Это было нечто равное по силе Древнему и главное, стоящее с ним на одной ступени. Кеменер попробовал сосредоточиться и понять, что представляет из себя светящееся нечто и с удивлением отметил два факта – в этом мире неизвестное создание имело вид огромной птицы, но, что удивило его намного больше, так это то, что это был… Габриель.
Кеменер, даже несмотря на то, что упал, ощутил сильное облегчение. Значит, им все-таки удалось. Маг прислушался к своему магическому чутью и понял, что то, что разбило антимагический купол и есть Таир. То, чем он стал, что бы спасти их. Амидал еще не пришел в себя и, шатаясь в нескольких шагах от мага, тряс головой. Кеменер начал отползать от врага и пытаться подняться на ноги, но все вокруг было по-прежнему покрыто слизью, постоянно вытекающей из под длинной черной мантии темного создания. Из-за этого он только скользил, но не мог подняться. А Амидал тем временем пришел в себя и, увидев, что тот, кого он уже посчитал поверженным, пытается подняться, не стал тратить время зря. Из длинной костистой ладони показался сначала наконечник черной стрелы со стекающей с него слизью, которая всегда окружала темного господина, а затем и вся стрела, которая должна была пронзить давнего врага. Кеменер был готов к такому исходу и уже был готов выпустить последнее заклинание Разрушения, которое должно было его убить даже раньше, чем стрела Амидала, но внезапно стрела разлетелась на тысячу ярко вспыхнувших искр, а затем и ладонь Амидала превратилась в черный пепел, который моментально осыпался на землю.