Взревев от неожиданности и боли, темный в одно мгновение отпрянул на несколько метров назад и повернул голову в ту сторону откуда пришла неожиданная атака. Кеменер тоже не веря своим глазам, посмотрел в ту сторону, откуда пришла помощь и увидел огромную огненную птицу, а затем почувствовал, что чьи-то сильные руки начинают его поднимать.
- Стоять можете? – услышал он взволнованный голос Тарафа, еще до того, как увидел грязного всклокоченного воина.
- Да, он смог нанести ему рану… ты видел? – вертя головой, что бы еще раз посмотреть на птицу, произнес маг, - это мало кто может. Обычные атаки для Амидала абсолютно безвредны. А он смог…
- Вам надо к врачу, - помогая магу подняться, ответил Тараф, увидев кровоточащую рану на боку.
- Тараф, это уже не важно. Все скоро закончится. Таир смог достичь кристаллов, - пребывая в возбуждении после боя с Амидалом и счастливого спасения, торопливо заговорил Кеменер. Воин кивал, заметив лихорадочный огонек в глазах своего господина и подумав, что такое он обычно видел у тех, кто скоро должен умереть. Тем более, что даже за то короткое время, которое он помогал идти магу, его рука уже была вся в крови мужчины.
- Мы спасены, - маг часто дышал и с трудом переставлял ноги, глядя куда-то впереди себя, но ничего не видя. – Я чувствую Габриеля… он здесь и противостоит Амидалу и Древнему.
Когда они подошли к внутренней стене, откуда защитники крепости оттеснили нападающих, маг уже не мог стоять на ногах и упал бы, если не подоспевшая помощь.
- Срочно нужен маг Восстановления, - коротко сказал Тараф и они вдвоем подхватив своего Господина, скрылись внутри крепости.
Гакум не ожидал, что двое магов все же смогут достичь своей цели, но пришедшая волна магии, разрушившая купол, который они долгое время выстраивали с Амидалом, подтвердила его худшие опасения. Он чувствовал мага Исцеления, или правильнее сказать, то во что тот переродился, вокруг себя. Повсюду. Он почувствовал того, кто лишил его руки – Габриеля-аль-Таиба - в той стороне, где находился Асно-мар-Тан – древний которого они призвали для помощи. Он не хотел, что бы тот умирал, но избавиться от наседавших на него магов тоже не получалось. Оставалось только два выхода –идти помогать Асно-мар-Мату или бежать с поля боя.
Такой свободы Габриель не ощущал никогда в жизни. Энергия струилась по его жилам, словно река. Он сам стал ею. Боль ушла, как и любые страдания. Остались только любовь, свобода и надежда. Он хотел спасти своих друзей, ради всего светлого, чтобы в этом мире.
Амидал метался по полю боя, обсыпая, преследующую его птицу ударами, но та не отставала. Это было порождение Первородного огня. Древний, на которого они с Гакумом так надеялись, уже лежал замертво и потихоньку растворялся в чуждой для него новой реальности. Гакум тоже был занят целым отрядом огненных магов, которые теснили его к скалам. Амидал заметил, что мужчине приходится нелегко, и он даже скинул привычную человеческую оболочку.
Злость и ненависть вспыхнули внутри Амидала и он решил действовать наверняка. Длинные черные руки вылетели изнутри тела своего хозяина и ухватились, мгновенно сгорая за крыло огненной птицы. Но то, что произошло затем, Амидал не мог предвидеть. Он рассчитывал, что Птица отпрянет, захочет спастись, но та, внезапно изменив обличие, прильнула к Амидалу и крепко обняла его. Амидал дернулся, пытаясь освободиться, ощущая пламя, которое начало выжигать их обоих и внезапно осознал, кто его убивает.
Это был тот самый маг, который когда-то выкинул его из мира, который он едва успел завоевать.
Габриель-аль-Таиб.
Габриель держал его, прижавшись всем телом, погрузив одну руку глубоко в грудь создания туда, где раньше находилось сердце. Амидал выл и извивался, бил, рвал в клочья, держащую его пылающую фигуру, но не мог освободиться. А Габриель, тем временем, горел сам и выжигал всю боль и обиды, с которыми когда-то не смогла справиться Елена и которые привели ее сюда под стены Аль-Митрина.