Прошло чуть больше минуты, как все трое снова ощутили движение где-то в глубине поднявшейся карминово-алой бури. Рыжий на секунду замер, приложив ладони к растрескавшейся земле и вглядываясь в бурую стену, которая скрывала от них надвигающуюся угрозу. Спустя несколько секунд из, находящихся в постоянном движении облаков багряного пепла вылетели несколько огромных туш и довольно резво начали приближаться к ним. Некоторые твари бежали на двух ногах и были больше остальных похожи на людей, если не считать черно-серой текущей кожи, которая капала тяжелыми дымящимися каплями на землю. Другие, самые быстрые, бежали на четырех ногах и уже были знакомы магам и воину по прежним сражениям. За первыми рядами Кир разглядел следующие и, выругавшись, прикрыл себя и Женю еще одним защитным куполом. Кир никогда не сталкивался ни с чем подобным в их родном мире. Во время войны они сражались с людьми. Магия в их мире была совсем недавно, и ничего подобного в нем еще не успело развиться. Но мужчина не думал, что убивать их будет сложнее, чем стремящихся выжить любыми способами людей.
Огромные болотного цвета создания неслись прямо на них, подгоняемы собственной яростью и ненавистью. Впереди очевидно, возвышался предводитель - в два раза больше ведомых демонов с горящими бардовыми щелями глаз. Маг напитал, заготовленную заранее фигуру и швырнул в самый центр, бегущей к ним братии. Огненный вихрь проделал широкую просеку в рядах нападающих и внес панику, смешав прежде ровные ряды. Теперь Кир увидел, что они были разумны, и их поведение сильно напоминало человеческое на поле сражения. Маг мотнул головой, стряхивая осевший пепел, и приготовился атаковать. Воин тоже не стоял без дела. Кирилл не понимал, как именно тот взаимодействует с оружием, но мужчина создавал прямо из воздуха острые блестящие кунаи и добивал тех, кто дезориентировался в результате сильного удара мага.
Вдвоем они действовали слаженно и планомерно, отбивая атаку за атакой, передвигаясь следом за устанавливающим опоры рыжим магом. С каждым новым столпом света, ударяющим в небо и разгоняющим тьму, Кир ощущал, как становилось легче дышать, а атаки тварей становились все более отчаянными. Будто они осознавали, что именно те намереваются сделать.
Виски ломило, со лба тек пот, который то и дело приходилось стирать тыльной стороной руки. Ладони горели от постоянного использования боевых фигур и знаков, которыми они прореживали ряды противников. Один раз их оборону едва не продавили, когда один особенно живучий и резвый уродец, вырвался вперед. Увидев этот, Кир сплел свою любимую боевую фигур – иглу и накинув на шею, второй конец кинул в толпу, бегущих чуть позади. Мало кто из знакомых Кира использовал её на войне инее только потому что с ней было сложно справиться, но еще и из-за эффекта, который она производила.
Второй конец фигуры начинал метаться в рядах противника, выискивая жертв и нанизывая их на себя, как пуговицы на иглу. Так продолжалось до тех пор, пока место ан фигуре не заканчивалось и тогда такая «сороконожка» из двадцати, а то и более тел, падала на землю. Либо же, если заканчивались те, кого маг, создавший фигуру, считал своими врагами.
Это было страшно. Но не смотря на это Кирилл внезапно ощутил, что упивается боем. Сила пела в нем, с его рук слетала чистая смерть, разрубая, пронзая стрелами уродливые тела, сплавляя и сжигая. Но именно сейчас он ощущал себя по-настоящему живым.
Всю жизнь он чувствовал плещущуюся в нем силу, как волны океана где-то глубоко в груди. Иногда количество этой силы становилось на столько велико поскольку ему было некуда её выплеснуть, что было тяжело дышать.
Обычно помогали занятия спортом – Кирилл уже не представлял себе жизни без ежедневных тренировок, но и они давали лишь кратковременный эффект. Кроме того, еще в детском доме, он увлекся резьбой по дереву. Это увлекло его на столько, что он до сих пор занимался этим в мастерской своего давнего друга – Данила.
Но то, что он делал сейчас, ни шло ни в какое в сравнение. Фигуры, направляли силу, ранее не находящую выхода, а теперь сметающую все на своем пути. Маг черпал энергию из окружающей их в обилии тьмы, смешивал с собственной магией и направлял на врагов. В какой-то момент мужчине показалось, что его новое тело само знает, что делать, поскольку каждое движение было продумано, словно после долгих тренировок. Ему практически не приходилось прикладывать труда, что бы делать то, что прежде он никогда не сотворял. Он следил за сражающимся рядом мужчиной, отражающим атаки тех, кто все-таки смог пробиться сквозь шторм фигур и знаков и решил, немного расширить свободную зону вокруг. Маг вытянул одну руку над головой и, зажав в ладони одно из начальных звеньев фигуры, начал нанизывать на него следующие, превращая фигуру в длинную цепь.