В следующее мгновение, женщина увидела, что из тьмы к ней начинает приближаться нечто бледное, напоминающее человека. Создание ползло по стене наподобие ящерицы стремясь наверх.
Лена хотела инстинктивно выпрямиться и отодвинуться от края, но почувствовала, что кто-то держит её за шею, нагибая голову вниз, заставляя смотреть в Бездну, наполненную её страхами, болью, страданиями, обидами, бережно собранными за жизнь.
Наконец, воин понял, что держит его – вокруг шеи, рук и спины обвились длинные черные руки выросшие прямо из стены Бездны. Крепко держали, не давая пошевелиться. Лена попробовала закричать и позвать Вадина, но в следующее мгновение существо, поднимавшееся по стене, замерло прямо перед ней, глядя в глаза.
Караневич была поражена до глубины души – это была она же. То, как она привыкла себя видеть – светло-русые волосы, светлые глаза, бледная кожа, но это создание было «неживым». Глаза были не голубыми, а почти белыми с ярко контурированным черным зрачком, кожа слишком белая, волосы всклокочены и висели вдоль тела беспорядочными космами. Внезапно бледные потрескавшиеся губы задвигались, и женщина услышала внутри себя шепот:
«Это все они причинили тебе боль, эти страдания. Никто больше так не страдал, как ты…Это они вынуждают тебя быть жестокой и подлой, потому что специально хотят тебя озлобить…»
«Кто ты?! Зачем ты все это мне показываешь?!» - глядя в прозрачные глаза, заново переживая всю боль, спросила Елена, чувствуя, как внутри все болит, а в груди появляется какой-то странный холодок.
«Я – это ты, твоя суть.
Фомальгаут с его Властелином – Амидалом есть в каждом. Просто его нужно найти. Ты давно искала меня в себе, и я тебе ответил. Я – это Вечное Ты. Ты – властелин Фомальгаута Амидал. Ты пришел к себе…»
«Ты – это я..?» - едва сдерживаясь, что бы не закричать от боли, которая уже стала физической, спросила Лена.
«И я хочу помочь тебе покарать всех, кто причинил тебе боль. Всех, кто заставил тебя страдать…» - существо ласково провело бледными пальцами левой руки по черному шлему.
«Страдать… - боль стала не выносимой и за секунду до того, как закричать, Лена ответила, - они будут страдать!!!»
«Я так и знал», - улыбнувшись, ответил её двойник. Все внутри похолодело от этой улыбки. Лена ощутила, как что-то внутри начало меняться и внезапно поняла, что ей это нравится.
«Все заплатят… все вспомнят о том, что сделали… сколько боли мне причинили…»
Когда воин в черных пластинчатых доспехах, наконец, оторвал взгляд от Бездны Фомальгаута, Вадин сразу понял, что тот изменился. Теперь он больше походил на того Амидала, которого тот знал. Воин в тяжелой броне оглянулся на стоящего слева проводника, а затем окинул взглядом окружающую каменную пустыню.
Вадин не знал, что его господин увидел в Бездне. У каждого свой Фомальгаут и мужчина мог только гадать, чем он был для воина. Главной его целью – было пробуждение в одной из форм своего господина его «Я». Но получилось это или нет, он пока не мог сказать, поэтому продолжал выжидающе смотреть на великана в черных демонических доспехах. Эти доспехи помнят хозяина и не приняли бы его, если бы кто-то другой попробовал одеть их.
- У нас много дел. Пойдем… - негромко произнесла Лена, ощущая, что внутри появилось нечто новое и, понимая, что такой как прежде, она уже никогда не будет.
***
Преподаватель что-то показывал указкой на карте, объясняя новый материал учащимся. Илар пытался сосредоточиться на лекции, но это никак не получалось. Он постоянно возвращался мыслями к Вадину.
Смогут ли его вылечить? Что на самом деле произошло с ним и кто виноват?
Рядом с парнем за партой сидел Трой – они тоже неплохо общались, но друзьями не были..
Наконец лекция кончилась, и Илар не торопясь направился к себе в комнату в общежитии и войдя внутрь, обнаружил неожиданный сюрприз. На кровати Вадина сидел уже знакомый мужчина с желтыми глазами.
- Привет, Илар, - подождав, пока студент закроет дверь, поздоровался гость.
- Ты всегда так без проса будешь приходить?! – огрызнулся юноша, подходя к своей кровати и садясь на неё. Теперь они сидели друг напротив друга в полутемной комнате с выделяющимся между ними прямоугольником окна. Илар заметил, что с мужчиной что-то не так. Его левая рука безвольно висела вдоль тела.
- Что с твоей рукой? – спросил он, надеясь, что вопрос прозвучал абсолютно безразлично.