— Если честно, меня все интересует один вопрос, — заговорила Элен, внимательно вглядываясь в рыжий лес. — Ты ведь знаешь обо мне все, а я о тебе совершенно наоборот — ничего. Может, расскажешь мне, пока сидим?
— И давно он тебя интересует?
— Давненько.
— Вполне ожидаемо, дело же в доверии, не так ли?
— Нет. Поначалу, может, и да, но сейчас просто хочу узнать о тебе побольше, все-таки не каждый день я вижу человека с летающими мечами и прочими магическими приблудами, как у тебя.
— Неважно. Не доверяй ты мне, не дала бы себя обучать. Ты доверилась мне, а я доверюсь тебе, чтобы все было честно. В любом случае я тебе рассказал бы, только в другом, более подходящем месте для этого, но раз хочешь сейчас, то сейчас по большому счету это не имеет значения, история на то и история, чтобы один рассказывал, а другой слушал — вне зависимости от места. Устраивайся поудобнее.
Он замолчал и долго смотрел в дерево.
— Что такое? — заинтересовалась Элен, находясь в предвкушении чего-то занимательного и грандиозного.
— Думаю, с чего начать.
— Начни с начала.
— Ладно, с начала так с начала.
Дейлер тяжело вздохнул и начал свой рассказ:
— Мальчишкой я жил в небольшом городишке под названием Кариен.
— Это же…
— Да, тот самый единственный городок, который находится во владении знаменитого княжества Голденгарда.
— Хорошо тебе жилось, наверное, там, рядом–то с градом, который снабжает золотом весь север материка.
— Не особо. Слушай дальше. Голденгарду было, в общем-то, все равно на мой город, у нас процветал самосуд и воровство до тех пор, пока с юга не приехал торговец по имени Вендан, он быстренько смекнул, что к чему, оплатил себе армию наемников, которые тут же помогли понять, кто теперь главный в городе, а позже стали следить за порядком, правда, в своей разбойничьей манере. Что ни говори, а предприниматель из Вендана был хороший, всего через пару месяцев большая часть города сидела в долгах из-за огромных налогов, а постоянный рэкет стал обычным делом. Мы с семьей, нашей кузницей и прочим хозяйством держались до последнего, но все же, ввиду бушующего тогда голода, пришлось брать в долг, потом еще один, потом еще. На тот момент мне было 16 лет, я и отец дни напролет работали в кузнице, но даже того, что мы зарабатывали, не хватало, чтобы отдать все долги…
1. СЕМЬЯ
Дейлер проснулся от шума упавшей табуретки. С большим усилием он встал и подошел к колыбельке в углу комнаты, там в блаженном покое, сопя, лежало маленькое чудо — полумесячная сестренка. Она спокойно дышала, изредка посапывая, словно говоря во сне. С кухни раздался грохот посуды, слишком громкий, слишком резкий, но сестренке было все равно, она спала и, конечно же, видела самые прекрасные сны. Дейлер направился на кухню, к источнику этих капризных звуков, имеющих все шансы разбудить сестру. Перешагнув через порог, все еще борясь с сонливостью, из предосторожности он решил аккуратненько заглянуть за угол и тут же замер. Отец, бородатый мужчина средних лет, валялся на полу среди осколков побитой посуды и опрокинутой табуретки, худенькая женщина приблизительно того же возраста помогала ему подняться, а перед ними стояли трое наемников Вендана — лица их скрывали маски из красной ткани, вроде тех, что надевают на казнь палачи, у них не было единой формы, как у солдат, зато было оружие, мечи, изготовленные отцом. Картина ясна: очередной рэкет, в последнее время рэкетиры навещают отца и мать чаще, чем следовало бы.
— Вендан дает вам три месяца, чтобы отдать долг, — говорил один из наемников. — Еще он велел передать: ему все равно, что сумма, как вы сказали, непомерна. Не отдадите в срок — население городка сократится на два индивидуума разной половой принадлежности, а детей в рабство продадим, так будет более выгодно.
— Сам-то понял, что сказал? — съязвила мама, не скрывая презрения к наемникам.
— Молчать, женщина! — рэкетир ударил ее по щеке.
Она упала, больше всего ей хотелось заплакать, но она не смела показывать свою слабость.
— Да как ты, сволота, смеешь! — разъяренный отец замахнулся кулаком на наглеца. В ответ он получил удар под дых.
— Я кончил, — заявил рэкетир. — Пойдем, парни! — он долбанул ногой дверь, та громко ударилась о стену дома. — Удачного вам дня, мастер Гамберт.
Они ушли.
В доме наступила тишина, Дейлер вышел из-за угла, поднял опрокинутый стул и принялся собирать осколки побитой посуды.