— Да! — ответили Стражи.
— Ничего, поправим. А пока марш работать, у вас еще ночное дежурство впереди, только для начала достаньте свои клинки и сапоги Риверэна с дерева и поосторожней — там улей висел.
— Есть! — крикнули Стражи.
Они подошли к дереву, какое-то время бесцельно смотрели в его листву, за ней ничего не было видно.
— Как же он умудрился их туда засунуть? — спросил Герсан.
Риверэн отвесил ему подзатыльник.
— Понятия не имею, но лезть тебе, раз снова провинился.
— Сам он там искать до смерти будет, надо вместе, — подметил Дейлер. — Альвин говорил, нужно учиться помогать друг другу.
— Ох и веселая у нас служба, — Риверэн схватился за нижнюю ветку. — То говно собирать, то по деревьям лазить.
Герсан вскарабкался по веткам, как по полочкам, и исчез в листве.
— Давайте начнем уже и в этот раз без отдыха.
***
— Как же ты, бедняжка, потом сидел после этих уколов? — в голосе и на лице Элен была заметна крохотная, почти шутливая жалость и сочувствие с малюсенькой примесью иронии.
— С терпением, зато Альвин дал нам хороший урок и еще много других потом. Он сдержал слово, сделал из нас настоящих солдат, только Герсана не смог отучить от постоянных нарушений правил и уставов. Скоро обучение кончилось. Я арестовал с десяток нарушителей всех мастей, — гордо подметил Дейлер. — Мы с Риверэном стали пользоваться большим почетом у вышестоящих Стражей, даже глава Ордена Колдрим периодически звал нас на свои застолья, угощал дорогим вином, спрашивал совета, вот как сейчас помню: позовет к себе, мы идем, головы опустим, боимся, а он нам: «Вот скажите мне, как вы смотрите на эту ситуацию своим молодым взглядом…» И он прислушивался…
— А Герсан?
— А Герсана пару раз чуть не казнили, ловили пьяным на службе, а он все твердил, что Орден зажимает его свободу.
— Он сам виноват, заслужил. — Элен не могла обойтись без комментария. — Рассказывай дальше.
Ей не терпелось услышать кульминацию, ответ на еще один вопрос: «Как Дейлер попал в Кайвенгерн?»
— Дальше… — он опустил взгляд на муравейник. — Дальше всем Стражам и всему Золотому городу пришлось тяжело. Порой люди, желая чего-то, забывают о чувстве меры, так в мире появляются тираны. — Голос у него стал неожиданно слишком спокойным и твердым, монотонным. Дейлер ушел в себя и говорил уже не с Элен, словно сам с собой…
7. ТЕМНЫЕ ВРЕМЕНА
Год 1215. Один из королей севера, именуемый Мартином I, пожелал завладеть территорией Золотого княжества, как и любой хороший политик, он пытался достичь цели без крови и армии, не марая руки.
Голденгард, будучи закрытым от внешнего мира, за Золотыми вратами, был защищен от влияния остальных государств, но все же нуждался в периодической поставке товаров извне, для этого был заключен союз с особой торговой гильдией — это и была та самая трещинка в щите, по которой с хирургической точностью ударил Мартин I, разбив щит. Его шпионы вычислили торговцев гильдии и переманили на свою сторону, кого-то подкупили, кого-то запугали.
Осень 1215 года. Ежемесячный прием товаров. В этот раз торговцы привезли больше обычного. Грузы, фрукты, одежда со всего Флаурлэнда, с ними были и коробки с алым порошком, новым видом табака, выведенным на Гномьих островах, используемым там в медицинских целях, еще привезли пчел для пасек с очень вкусным медом, казалось бы…
Табак разошелся хорошо, особой популярностью пользовался у Стражей и шахтеров, имел приятный аромат и обещанные полезные свойства, вроде избавления от головной боли.
Лето 1216 года — эпидемия чумы в Золотом городе. Завезенные пчелы давали отравленный мед, а если кого кусали, тут же заражали чумой, просто чудо селекции и магии.
Однако удивительным образом новый табак отлично избавлял от симптомов первые полгода, потом вызывал привыкание, отек легких и смерть.
Мартин I отравил город изнутри, в каждом переулке были трупы — следы его жестокого влияния.
Глава Ордена Колдрим запретил торговлю, в порыве гнева велел казнить всех торговцев гильдии.
Зима 1216 года — эпидемия угасла. Попытка Мартина I удалась на славу, он начал, а озлобленные от голода и всеобщего разорения жители Голденгарда закончили.
Герсану всегда не нравились порядки в городе и Ордене. Теперь ему подвернулась замечательная возможность все поменять под себя, идея о революции в его голове с каждым днем была все соблазнительней.
Лето 1218 года — Герсан был незаконнорожденным сыном члена политического совета одного из королей, умение убеждать толпу, можно сказать, было у него по праву рождения, неудивительно, что он все-таки смог собрать вокруг себя единомышленников даже среди Стражей. Так на тайных собраниях готовилась революция.